Содержание

ДЕПРИВАЦИЯ: КАК РАЗРЫВ ЭМОЦИОНАЛЬНЫХ СВЯЗЕЙ ВЛИЯЕТ НА РАЗВИТИЕ РЕБЕНКА

ПУБЛИЧНАЯ ОФЕРТА ОБ ОСУЩЕСТВЛЕНИИ БЕЗВОЗМЕЗДНОЙ БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ (ПОЖЕРТВОВАНИЯ)

  1. Общие положения:

1.1. Настоящая публичная оферта (далее – «Оферта») является предложением Благотворительного Фонда «Достойный гражданин» в лице Исполнительного директора Викторова Александра Леонидовича, действующего на основании Устава, (далее – «Благополучатель») заключить на указанных ниже условиях договор об осуществлении безвозмездной благотворительной деятельности (пожертвования) (далее – «Договор») с любым дееспособным физическим или правоспособным юридическим лицом, отозвавшимся на такое предложение (далее –  «Благотворитель»).

1.2. Благополучатель является некоммерческой благотворительной организацией, созданной в форме фонда, действующей на основании Устава, обладает необходимыми правами для получения Пожертвования в интересах осуществления своей уставной деятельности.

1.3. Настоящая Оферта является публичной офертой в соответствии с пунктом 2 ст. 437 Гражданского Кодекса РФ. Внесение Пожертвования в адрес Благополучателя считается акцептом настоящей Оферты на указанных далее условиях.

1.4. Благополучатель готов заключать договоры пожертвования в ином порядке и (или) на иных условиях, нежели это предусмотрено Офертои,̆ для чего любое заинтересованное лицо вправе обратиться для заключения соответствующего договора к Благополучателю.

 

  1. Предмет Договора:

2.1. Благотворитель добровольно и бескорыстно (безвозмездно) в порядке осуществления благотворительного пожертвования передает в собственность Благополучателя денежные средства в размере, определяемом Благотворителем (далее – «Пожертвование»). Факт передачи пожертвования свидетельствует о полном согласии Благотворителя с условиями настоящего договора.

2.2. Благополучатель принимает Пожертвование и обязуется использовать полученные от Жертвователя по настоящему Договору денежные средства строго в соответствии с действующим законодательством и в рамках уставной деятельности.

2.3. Местом заключения договора является город Москва. В соответствии с п. 3 ст. 434 ГК РФ договор считается заключенным в письменной форме.

  1. Порядок передачи Пожертвования и иные условия:

3.1. Благотворитель самостоятельно определяет размер Пожертвования и вносит его в адрес Благополучателя любым удобным способом, указанным на официальном сайте Благополучателя www.blago-dg.ru (далее – «официальный сайт»).

3.2. Благотворитель может сделать пожертвование через банк по реквизитам Благополучателя, в том числе и через личный кабинет на интернет-сайте банка Жертвователя; воспользоваться системой электронных платежей, сделав пожертвование с кредитной карточки или электронной наличностью; списать средства со счета мобильного телефона или отправить SMS-сообщения. Документом, подтверждающим внесение Пожертвования, является сообщение, направленное Благополучателем или его платёжным агентом на контактные данные Благотворителя, указанные им при внесении Пожертвования, либо отметка об исполнении платёжного поручения в банке Благотворителя.

3.3. Внесение Пожертвования Благотворителем означает полное и безусловное согласие Благотворителя с условиями настоящей Оферты. Оферта считается акцептованной Благотворителем в момент внесения Пожертвования Благотворителем в адрес Благополучателя.

3.4. Благополучатель обязуется осуществлять все разумно необходимые действия для принятия Пожертвования от Благотворителя и его надлежащего использования.

3.5. Благотворитель подтверждает, что внесенное в адрес Благополучателя Пожертвование принадлежит Благотворителю на праве собственности, Благотворитель имеет право единолично распоряжаться соответствующим имуществом и/или получил все необходимые согласия и разрешения для такого распоряжения, а также что имущество не имеет каких-либо обременений. Благотворитель настоящим подтверждает, что ему не известно о каких-либо обстоятельствах или требованиях, препятствующих внесению Пожертвования в адрес Благополучателя, и его последующему использованию Благополучателем в соответствии с настоящим Договором.

3.6. Пожертвование, внесенное Благотворителем с указанием фамилии и имени подопечного Благополучателя, используется Благополучателем на оказание помощи данному лицу. При этом Благотворитель соглашается, что в случае получения Благополучателем Пожертвований в отношении подопечного в размере, превышающем сумму, необходимую для оказания помощи данному

подопечному, Благополучатель вправе использовать такие дополнительные суммы Пожертвований на оказание помощи другим подопечным Благополучателя. Если выбранный Благотворителем способ перевода пожертвования не позволяет указать «назначение платежа», Благотворитель имеет право уточнить цели пожертвования, отправив Благополучателю письмо по электронной почте                                     [email protected]

3.7. Благополучатель публикует информацию о своей работе и отчеты о результатах деятельности на официальном сайте.

3.8. По запросу Благотворителя Благополучатель подтверждает целевое использование полученных пожертвований соответствующими документами бухгалтерского учета.

3.9. Благополучатель не несет перед Благотворителем иных обязательств, кроме обязательств, указанных в настоящем Договоре.

3.10. Если иное не предусмотрено применимым законодательством, Пожертвование не облагается НДС, а Благотворитель имеет право на получение социального налогового вычета на сумму осуществлённых им благотворительных пожертвований.

  1. Срок действия Оферты:

4.1. Настоящая Оферта вступает в силу со дня, следующего за днем ее размещения на официальном сайте Благополучателя.

4.2. Оферта является бессрочной. Благополучатель вправе отозвать Оферту в любое время, либо изменить текст Оферты без предварительного уведомления; изменения действуют со дня, следующего за днем его размещения на сайте.

  1. Согласие на использование персональных данных Благотворителей – физических лиц:

5.1. Акцептуя Оферту, Благотворитель – физическое лицо дает Благополучателю согласие и право на обработку персональных данных Благотворителя (фамилии, имени, отчества, адреса, места жительства, номера мобильного телефона адреса электронной почты, банковских реквизитов) с целью исполнения обязательств, возникающих из или в связи с заключением Договора, включая следующие действия: сбор, запись, систематизацию, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), извлечение, использование, передачу (распространение, предоставление, доступ), обезличивание, блокирование, удаление, уничтожение персональных данных.

5.2. Благополучатель обязуется обезличить персональные данные Благотворителя в публикуемых Благополучателем информационных материалах, обеспечивая отсутствие возможности однозначной идентификации персональных данных третьими лицами.

5.3. В отношении персональных данных Благотворителя Благополучатель обязуется осуществлять только те действия, в отношении которых получено согласие Благотворителя или в отношении которых в соответствии с применимым законодательством разрешение Благотворителя не требуется.

5.4. Согласие на обработку персональных данных действует в течение 3 (трех) лет со дня его предоставления. Такое согласие может быть отозвано Благотворителем в любое время путем направления Благополучателю письменного уведомления не менее чем за 5 рабочих дней до предполагаемой даты отзыва такого согласия.

  1. Согласие на использование информации о Благотворителях – юридических лицах:

6.1. Акцептуя Оферту, Благотворитель – юридическое лицо дает Благополучателю согласие и право на обработку информации о Благотворителе (наименования, месторасположения, суммы пожертвования), включая предоставление неограниченному кругу лиц путем размещения на официальном сайте Благополучателя в сети Интернет, с целью исполнения обязательств, возникающих из или в связи с заключением Договора.

6.2.   Благотворитель имеет право попросить Благополучателя указать на сайте его пожертвование как анонимное, в этом случае он направляет Благополучателю письменное обращение.

  1. Разрешение споров:

7.1. Все разногласия и споры, возникающие между Сторонами в связи или вследствие настоящей Оферты и/ или Договора, разрешаются путем переговоров.

7.2. Настоящая Оферта и Договор регулируются и подлежат толкованию в соответствии с законодательством Российской Федерации. Все споры, разногласия или требования, возникающие из настоящей Оферты и/или Договора или в связи с ними, в том числе касающиеся их исполнения, нарушения, прекращения или недействительности, в случае невозможности их разрешения путем переговоров подлежат разрешению в соответствии с действующим законодательством РФ в судебных инстанциях по месту нахождения Благополучателя.

  1. Адрес и банковские реквизиты Благополучателя:

Благотворительный фонд «Центр социальной адаптации и поддержки соотечественников «Достойный гражданин»
Юридический адрес: 125190, г. Москва, Ленинградский проспект, дом 80Б, корпус 1, этаж 2, пом. IV, комната 23
ИНН: 7743228449
ОГРН: 1177700018044
Р/с: 40703810438000007697
к/с: 30101810400000000225
БИК: 044525225

Банк: ПАО Сбербанк Благотворительный фонд «Достойный гражданин»

Исполнительный директор: Викторов Александр Леонидович

Развитие личности в условиях депривации

Развитие личности в условиях депривации

Психологические проблемы в развитии, как детей, так и взрослых чаще всего возникают в связи с переживанием ими лишений или потерь. Термин «депривация» используется в психологии и медицине, в обиходной речи означает лишение или ограничение возможностей удовлетворения жизненно важных потребностей. «Когда говорят о депривации, имеют в виду такое неудовлетворение потребностей, которое происходит в результате отделения человека от необходимых источников их удовлетворения и имеет пагубные последствия.

Существенна именно психологическая сторона этих последствий: вне зависимости от того, ограничена ли моторика человека, отлучен ли он от культуры или от социума, лишен ли с раннего детства материнской любви, проявления депривации похожи. Тревожность, депрессия, страх, интеллектуальные расстройства – вот наиболее характерные черты так называемого депривационного синдрома. Симптоматика психической депривации может охватывать весь спектр возможных нарушений: от легких странностей, не выходящих за рамки нормальной эмоциональной картины, до очень грубых поражений развития интеллекта и личности».

В зависимости от лишений человека выделяют различные виды деприваций – материнскую, сенсорную, двигательную, психосоциальную и другие. Охарактеризуем кратко каждый из названных видов деприваций и покажем, какое влияние оказывают они на детское развитие.

Материнская депривация. Нормальное развитие ребенка в первые годы жизни связано с постоянством ухода за ним как минимум одного взрослого человека. В идеале – это материнский уход. Однако наличие другого заботящегося о малыше человека при невозможности материнского ухода также позитивно отражается на психическом развитии младенца. Нормативное явление в развитии любого ребенка – формирование привязанности к взрослому человеку, ухаживающему за ребёнком. Такую форму привязанности в психологии называют материнской привязанностью. Различают несколько типов материнской привязанности – надежную, тревожную, амбивалентную. Отсутствие или нарушение материнской привязанности, связанное с насильственным отделением матери от ребенка, приводит к его страданию и негативно отражается в целом на психическом развитии. В ситуациях, когда ребенок не разлучен с матерью, но недополучает материнскую заботу и любовь, также имеют место проявления материнской депривации. В формировании чувства привязанности и защищенности определяющее значение имеет телесный контакт ребенка с матерью, например, возможность прижаться, ощутить теплоту и запах материнского тела. По наблюдениям психологов, у детей, живущих в негигиенических условиях, зачастую испытывающих голод, но имеющих постоянный физический контакт с матерью, не возникает соматических расстройств. Вместе с тем, даже в самых лучших детских учреждениях, обеспечивающих правильный уход за младенцами, но не дающих возможности телесного контакта с матерью, встречаются соматические расстройства у детей.

Материнская депривация формирует тип личности ребенка, характеризуемый безэмоциональностью психических реакций. Психологи различают характеристики детей, от рождения лишенных материнского ухода и детей, насильственно отделенных от матери после того, как эмоциональная связь с матерью уже возникла. В первом случае (материнская депривация от рождения) формируется устойчивое отставание в интеллектуальном развитии, неумение вступать в значимые отношения с другими людьми, вялость эмоциональных реакций, агрессивность, неуверенность в себе. В случаях разрыва с матерью после сложившейся привязанности у ребенка начинается период тяжелых эмоциональных реакций. Специалисты называют ряд типичных стадий этого периода – протест, отчаяние, отчуждение. В фазе протеста ребенок предпринимает энергичные попытки вновь обрести мать или человека, осуществляющего уход. Реакция на разлуку в этой фазе преимущественно характеризуется эмоцией страха. В фазе отчаяния ребенок проявляет признаки горя. Ребенок отвергает всяческие попытки ухода за ним других людей, длительное время безутешно горюет, может плакать, кричать, отказываться от пищи. Стадия отчуждения характеризуется в поведении маленьких детей тем, что начинается процесс переориентации на другие привязанности, что способствует преодолению травмирующего действия разлуки с близким человеком.

Сенсорная депривация. Пребывание ребенка вне семьи – в интернате или другом учреждении зачастую сопровождается переживанием им недостатка в новых впечатлениях, называемого сенсорным голодом. Обедненная среда обитания вредна для человека любого возраста. Исследования состояний спелеологов, подолгу находящихся в глубоких пещерах, членов экипажей подводных лодок, арктических и космических экспедиций (В. И.Лебедев) свидетельствуют о значительных изменениях в общении, мышлении и других психических функциях взрослых людей. Восстановление нормального психического состояния для них связано с организацией особой программы психологической адаптации. Для детей, переживающих сенсорную депривацию, свойственно резкое отставание и замедление всех сторон развития: неразвитость двигательных навыков, неразвитость или несвязанность речи, торможение умственного развития. Еще великий русский ученый В.М. Бехтерев отмечал, что к концу второго месяца жизни ребенок ищет новые впечатления. Бедная стимульная среда вызывает безучастность, отсутствие реакции ребенка на окружающую его действительность.

Двигательная депривация. Резкое ограничение возможности движения в результате травм или болезней обуславливает возникновение двигательной депривации. В нормальной ситуации развития ребенок ощущает свою способность влиять на окружающую среду посредством собственной двигательной активности. Манипулирование игрушками, указательно-просительные движения, улыбка, крик, произнесение звуков, слогов, лепетание – все эти действия младенцев дают им возможность на собственном опыте убеждаться в том, что их влияние на окружение может иметь осязаемый результат. Эксперименты с предложением младенцам различных видов подвижных конструкций показали четкую закономерность – возможность ребенка управлять движением предметов формирует у него двигательную активность, невозможность воздействовать на движение игрушек, подвешенных к колыбели, формирует двигательную апатию. Неспособность изменять окружающую среду обуславливает возникновение фрустрации и связанных с ней пассивности или агрессии в поведении детей. Ограничения детей в их стремлении бегать, лазать, ползать, прыгать, кричать приводят к возникновению тревожности, раздражительности, агрессивному поведению. Значимость двигательной активности в жизнедеятельности человека подтверждается примерами экспериментальных исследований взрослых людей, которые отказываются от участия в экспериментах, связанных с длительной неподвижностью, несмотря даже на предлагаемые последующие вознаграждения.

Эмоциональная депривация. Потребность в эмоциональном контакте – одна из ведущих психических потребностей, оказывающих воздействие на развитие психики человека в любом возрасте. «Эмоциональный контакт становится возможным только тогда, когда человек способен к эмоциональному созвучию с состоянием других людей. Однако при эмоциональной связи существует двусторонний контакт, в котором человек чувствует, что является предметом заинтересованности других, что другие созвучны с его собственными чувствами. Без соответствующего настроя людей, окружающих ребёнка, не может быть эмоционального контакта».

Специалисты отмечают ряд существенных особенностей появления эмоциональной депривации в детском возрасте. Так, присутствие большого количества разных людей ещё не закрепляет эмоционального контакта ребёнка с ними. Факт общения с множеством разных людей часто влечет за собой возникновение чувств потерянности и одиночества, с которыми у ребёнка связан страх. Это подтверждают наблюдения за детьми, воспитанными в домах ребенка, у которых обнаруживается отсутствие синтонности ((греч. syntonia со звучность, согласованность) — особенность склада личности: сочетание внутренней уравновешенности с эмоциональной отзывчивостью и общительностью) по отношению к окружающей среде. Так, переживание совместных празднований детей из детских домов и детей, живущих в семьях, оказывало на них различное воздействие. Дети, лишенные семейного воспитания и связанной с ним эмоциональной привязанности, терялись в ситуациях, когда их окружало эмоциональное тепло, праздник производил на них гораздо меньшее впечатление, чем на эмоционально контактных детей. После возвращения из гостей, дети из детских домов, как правило, прячут подарки и спокойно переходят к привычному образу жизни. Семейный ребенок обычно долго переживает праздничные впечатления.

Некоторые особенности психического развития детей, воспитывающихся вне семьи

Постоянное пребывание ребенка вне семьи (даже в очень хорошем детском доме или интернате) оказывает на процесс его развития такое воздействие, которое многие специалисты склонны рассматривать в качестве некоторого рода инвалидности. Атмосфера семейного окружения ребенка (в данном рассмотрении не имеет значения – родная это семья или нет) определяет качественно иной тип развития растущей личности.

Так, многолетние исследования развития интеллектуальной и аффективно-потребностной сфер детей из интернатного учреждения и особенностей их поведения, проведенных А.М. Прихожан и Н.Н. Толстых, позволили им сделать заключение о наличии психологической специфики сиротства, которую авторы интерпретируют не как простое отставание в психическом развитии, а как качественно иной характер развития ребенка. Эта специфика проявляется, например, у младших школьников, в несформированности внутреннего, идеального плана, в связанности мышления, мотивации поведенческих реакций внешней ситуацией.

Современные психология и педагогика имеют достаточно целостную картину, описывающую особенности психического развития ребенка, вырастающего вне семьи, – его эмоций, мышления, речи, особенностей поведения и взаимоотношений со сверстниками и взрослыми. В каждом возрастном этапе развития личности ребенка происходит становление тех или иных качеств психики, свойственных именно этому периоду. У воспитанника интернатного заведения становление психики имеет качественно другие закономерности, нежели у ребенка, воспитывающегося в семейном кругу.

Человеку, далекому от реалий интернатного жизнеустройства, даже в голову не придет мысль о том, что в учреждении, где растет ребенок, господствует, как правило, один запах или, в лучшем случае, несколько. И большинство из них все-таки запахи «казенного дома» – хлорки, лекарств, пищи, приготовленной на большое количество людей. Отсутствие домашних запахов, которые в семьях бывают сезонными, праздничными, будничными, ситуативными и регулярными, – только один и очень небольшой аспект, характеризующий глобальную инаковость атмосферы детского дома или интерната. Поэтому специалистами употребляется понятие «обедненной среды обитания» детей, находящихся вне семейного попечения.

Обедненная среда обитания – это также всего лишь один из компонентов, влияющих на формирование личностных качеств у ребенка, живущего в детском доме. Взаимоотношения с взрослыми, которые в каждом возрасте детства по-своему обуславливают становление важнейших регуляторов мировосприятия, поведения и общения ребенка, в интернатном заведении являются институциональными (обусловленными регламентом жизнедеятельности учреждения), тогда как в семье характер отношений ребенка и взрослого является личностно-родственным. Это обстоятельство способствует деформированности жизненно важных для любого человека качеств психики, таких, как, например, любознательность, познавательная активность, избирательность в отношениях со сверстниками и теми, кто младше или старше, лицами своего и противоположного пола и многих других.

Перечисление отличий семейного воспитания от воспитания в детском доме может занять не один книжный том. Данные особенности подробно изучены российскими психологами и педагогами. Общая тенденция описания психологических характеристик воспитанника интернатного заведения такова: эмоциональный фон их развития чрезвычайно беден, что препятствует формированию личностных качеств ребенка, которое происходит в условиях творческой активности самого субъекта развития. Воспитанники интернатных заведений вынуждены приспосабливаться к требованиям окружающей среды, тогда как семейные дети активно реагируют на окружающую их обстановку, творчески осваивая ее (безотносительно к тому – благоприятна она для их возрастания или не очень).

Иной опыт жизни и воспитания ребенка в интернатном заведении приводит к недоразвитию эмоционально-волевой сферы, в подтверждение чему можно приводить долгий перечень примеров.

Так, И.А. Залысина сравнивала потребность в сопереживании у старших дошкольников, воспитывающихся в семье и вне семьи. Воспитанники детского дома практически не способны к сопереживанию к окружающим людям. Причем им чуждо как реактивное (здесь и далее курсив – Т.С.) сопереживание, появляющееся в ответ на чувства других людей, так и инициативное сопереживание – стремление ребенка разделить свое переживание с другими людьми, привлечь их к сопереживанию к нему, ребенку. Семейные дети в экпериментальном исследовании И.А. Залысиной не только искали сочувствия у взрослого и сверстника, но и сами активно откликались на переживания как партнеров, так и персонажей сказок.

Данные проведенного исследования позволили психологу сделать следующее заключение: «Потребность в сопереживании и взаимопонимании характерна для детей с внеситуативно-личностной формой общения – высшей его формой. Однако стремление к сопереживанию в элементарной форме присуще детям с очень раннего возраста. Уже в конце первого полугодия жизни у детей обнаруживается потребность в сопереживании взрослого в условиях их аффективно-личностных связей (М.И. Лисина, С.Ю. Мещерякова, А.Г. Рузская). Эта потребность имеет свою сквозную линию развития на протяжении всего детства, достигая в старшем возрасте наиболее развитой формы. Для того чтобы потребность в сопереживании могла достичь удовлетворения, необходимо такое взаимодействие, которое дает ребенку возможность высказаться, раскрыться перед другим человеком.

Дети из детского дома не могут высказать своих оценок. Если даже они у них и есть, то ребенок не стремится согласовать свое отношение к происходящему с отношением взрослого, он только соотносит их. Воспитанник детдома весьма робко искал отклик на свои переживания, его усилия были направлены в основном на привлечение доброго внимания взрослого. Становление потребности в сопереживании начинается в младенчестве и невозможно без развитой эмоциональной сферы».

Деформации в развитии детей, воспитывающихся вне семьи, подвергается и сфера общения с взрослыми, которую характеризует особая напряженность потребности ребенка в этом общении.

А.М. Прихожан, Н.Н. Толстых пишут: «На фоне ярко выраженного стремления к потребности к общению с взрослым и одновременно – повышенной зависимости от взрослого, особенно обращает на себя внимание агрессивность в отношении воспитанников интерната к взрослым. Фрустрированность потребности в общении в сочетании с неумением взять на себя ответственность за решение конфликта демонстрирует «потребительское» отношение к взрослым, тенденцию ждать и даже требовать решения своих проблем от окружающих… Воспитанники интерната менее успешны в решении конфликтов в общении с взрослыми и со сверстниками. Агрессивность, стремление обвинить окружающих, неумение и нежелание признать свою вину, т.е. по существу доминирование защитных форм поведения в конфликтных ситуациях и соответственно – неспособность продуктивного, конструктивного решения конфликта».

Названные особенности порождают «защитные образования» у сирот – вместо творческого мышления развивается классификационное, вместо становления произвольности поведения – ориентация на внешний контроль, вместо умения самому справиться с трудной ситуацией – тенденция к аффективному реагированию, обиде, перекладыванию ответственности на других.

Приведенные особенности далеко не исчерпывают всей характеристики становления эмоционально-волевой сферы ребенка, лишенного семейного попечения.

В настоящее время специалисты – психологи, педагоги, психиатры, констатируют опасную тенденцию развития большинства заведений системы общественного призрения сирот. Несколько лет пребывания ребенка в условиях типового детского дома или интерната атрофируют функции регуляторного блока мозга. У такого человека отсутствует внутренняя программа, он способен отзываться только на актуальные стимулы и живет по принципу «здесь и сейчас».

Такое поведение свойственно в какой-то степени всем детям и даже некоторым взрослым, однако у беспризорных и бомжей оно является доминирующим. Специалисты называют данную особенность психики «синдромом полевого поведения». Названный синдром проявляется в том, что человек не в состоянии самостоятельно выполнить ряд последовательных действий, которые требуют переключения с одного вида деятельности на другой с одновременным удерживанием в памяти конечной цели делаемого.

Семейные дети уже после трех лет начинают осваивать волевое поведение, являющееся альтернативой полевому поведению. Требуется совместное с взрослым долгое освоение сложных поэтапных действий, имеющих свою логику, последовательность и смысл. Но самое главное усваивается ребенком не столько в научении взрослыми, сколько в совместном с ними проживании и самостоятельном освоении, базирующемся на подражании взрослому.

Депривация эмоционально-волевых проявлений в сиротском учреждении приводит впоследствии к тому, что его выпускник практически не способен к установлению крепких личностных связей, которые позволяют человеку создавать семью, осваивать профессиональное дело. Инфантильность чувственно-эмоциональной сферы, как правило, негативно сказывается и на духовном развитии ребенка. Протоиерей Василий Зеньковский называет семейное чувство психологическим лоном для религиозных чувств ребенка. «Религиозное питание ребенка возможно только в семье, только она вырабатывает такую духовную среду, где ребенку легко жить в Боге».

Для преодоления пагубных последствий синдрома госпитализма у детей, воспитывающихся вне семьи, в настоящее время требуются профессионально-согласованные действия целой команды специалистов. Только при этих условиях возможна действенная психо-эмоциональная реабилитация ребенка, которая позволит ему впоследствии жить самостоятельно – зарабатывать себе на жизнь профессиональным, а не «попрошайническим» или иным неблаговидным ремеслом, создать семью и воспитывать детей.

Использованы материалы книги И.А.Фурманов, Н.В.Фурманова. Психология депривированного ребенка: пособие для психологов и педагогов. М., Изд.центр ВЛАДОС, 2004. – 319с.


© Все права защищены http://www.portal-slovo.ru

создай для ребенка семейное окружение» – Власть – Коммерсантъ

«Отсутствие близкого взрослого человека является основным фактором депривации»

Почему так важно, чтобы у ребенка в младшем возрасте был постоянный близкий взрослый?

Ответы на этот вопрос стали искать еще в первой половине XX века — я имею в виду исследования Рене Спица, который изучал развитие, состояние и поведение детей, находившихся в депривационных условиях закрытых учреждений. Он и его коллеги пришли к выводу, что эти дети уже к концу первого года отстают в развитии, проявляют нарушения поведения и психического здоровья. И в целом очень сильно негативно отличаются от детей, воспитывающихся в семьях. Эти ученые сравнили детей с нарушениями центральной нервной системы, живущих в семьях, с детьми, не имеющими таких нарушений, но живущими в сиротских учреждениях. И пришли к выводу, что дети из первой группы развиты лучше, чем дети из второй группы, живущие в условиях депривации.

Что такое депривация?

Все наши коллеги, которые работают в этой сфере, говорят о двух типах депривационных условий: глобально депривационных условиях, когда нет необходимого медицинского ухода, питания и близких взрослых, и социально-эмоционально депривационных условиях. В первом случае мы говорим об учреждениях, например, в Румынии в 1990-х годах или в странах Центральной Африки, а во втором случае, в частности, о российских. В наших учреждениях хороший медицинский уход и питание. Со стимуляцией и игрушками у нас посложнее: в домах ребенка игрушки есть, но они не всегда доступны для ребенка, а в больницах таких игрушек может и не быть. Отсутствие разнообразия стимуляции является одним из факторов депривации. Но и это не самое главное. Самое главное для маленького ребенка — наличие близкого человека, который постоянно, каждый день находится рядом.

Обязательно каждый день?

Обязательно каждый день. Если это учреждение, то в нем в детской группе должно быть два человека, которые чередуются и выполняют роль близких взрослых. И обязательно хотя бы с одним из них ребенок должен встречаться каждый день. С одним утром, с другим — вечером. А если у одного выходной, то второй проводит с ребенком целый день. И никаких новых, незнакомых для ребенка заменяющих взрослых. При этом во время ночного сна рядом с детьми в доме ребенка может находиться одна из нескольких постоянных для этой группы медицинских сестер. Вне зависимости от того, в каком учреждении находится ребенок — доме ребенка, детском доме или больнице, основная цель — уменьшить и стабилизировать число взрослых, непосредственно ухаживающих за детьми в группе, и обязательно выделить среди них тех, кто выполняет роль профессионального близкого взрослого.

Если такого человека нет, это приводит к депривации?

Вот именно отсутствие такого близкого взрослого человека и является основным фактором депривации. Это мы и называем социально-эмоциональной депривацией, то есть отсутствием у ребенка условий социально-эмоционального взаимодействия с постоянным и эмоционально доступным близким взрослым. И именно этому типу депривации подвергаются дети в российских учреждениях.

Даже современное учреждение с хорошими игрушками, сенсорной комнатой, дорогим реабилитационным оборудованием способствует депривации, если в нем нет близкого взрослого?

Несомненно. Мы же понимаем, что если в семье нет мамы, то с ребенком будет что-то не так. Вот и здесь то же самое. Это единые закономерности развития ребенка — ему в первую очередь нужен близкий человек. И это в целом все понимают. Но почему-то многие люди думают, что ребенок может находиться в условиях отсутствия близкого взрослого человека, то есть в условиях одиночества, социально-эмоциональной депривации, несколько месяцев. Они глубоко ошибаются. Потому что даже небольшое по длительности отделение от близкого человека приводит к глубоким эмоциональным переживаниям ребенка, а несколько месяцев пребывания в учреждении без близкого взрослого приводит к нарушению в развитии — психологическом, психофизиологическом, биологическом. Таковы результаты исследований. И мы должны из соображений гуманитарных, психологических, педагогических и в том числе из соображений выполнения национальной стратегии и правительственного постановления N481 создавать для ребенка семейные условия проживания, где бы он ни находился.

Что значит для ребенка наличие этого близкого человека?

Это значит безопасность, это значит предсказуемость ближайшего социального окружения. Это значит, что, если безопасность и предсказуемость обеспечены, ребенок начинает свою исследовательскую активность, в которой на первых этапах именно близкий взрослый является предметом исследования. Вовсе не игрушки являются приоритетными для стимуляции ребенка и первичными для исследования им мира — этим стимулом и этой первой игрушкой является сам ребенок и его мама. Она и есть тот объект и субъект, через который ребенок познает мир и самого себя. Есть даже такое понятие — «первичный объект». Температура тела матери, кожа, лицо, голос, интонации — вот это то, с чем ребенок знакомится в начале своей жизни. И он с этим начинает взаимодействовать. У него от рождения есть программы для начала взаимодействия с мамой. Он ей показывает весь диапазон эмоций — и позитивных, и негативных. Он начинает это взаимодействие, смотрит в глаза, призывает ее к взаимодействию, имитирует звуки и выражение лица матери, наблюдает за результатом своих инициатив. И когда чувствительная к изменению поведения и состояния ребенка мать отвечает ему в соответствии с его социальным сигналами — это взаимодействие начинается. Ребенок использует весь диапазон своего поведения и социального репертуара для взаимодействия с мамой и развивается в этом взаимодействии. То есть ребенок не может развиваться сам по себе. Он развивается только во взаимодействии, в общении с мамой, и это происходит весь период его младенчества и раннего детства. А теперь представьте себе, что мы лишаем ребенка всего этого мира взаимодействия и общения с близким человеком, к которому он готов с рождения, резко ограничиваем или даже отключаем возможность использования им для своего развития всего врожденного диапазона поведения и социального репертуара.

И относится все сказанное не только к детям в учреждении или в больнице, но и к тем детям, которые живут в семьях, но не имеют стабильного близкого взрослого: он физически или эмоционально недоступен, не чувствителен к тому, что с ребенком происходит, не отвечает на сигналы и поведение ребенка, не взаимодействует. Такое может быть, например, если мама маленького ребенка вынуждена идти на работу или занята решением сложных семейных проблем, находится в подавленном состоянии. В этом случае ребенок тоже подвергается риску нарушения развития, поведения, психического здоровья.

Раннее детство — это возраст до трех лет?

Считается, что младенческий период развития охватывает первый год жизни ребенка, а раннее детство — возраст от одного до трех лет. Есть много различных периодов даже внутри этих трех лет, но совершенно точно, что в течение всего периода и особенно в первые полтора года ребенок должен жить в тесном взаимодействии с близким взрослым. Мы обращаем особое внимание и говорим сейчас об этом возрасте еще и потому, что многие люди считают, что ничего критического нет в том, что ребенок первые месяцы жизни провел в больнице или доме ребенка. Но ведь речь идет о так называемом сенситивном периоде развития, когда наличие или отсутствие близкого взрослого и в целом качество ближайшего социального окружения критически важно для полноценного развития и психического здоровья ребенка. Уже к середине первого года жизни в результате взаимодействия с мамой он формирует первые представления о себе, о своем ближайшем окружении, о маме, а к концу первого года эти представления становятся устойчивыми, так что ребенок знает, кто такая мама, чего от нее ожидать и как себя с ней вести. Сформированные представления индивидуальны для каждого ребенка, они проявляются в этом возрасте в моделях невербального поведения и свидетельствуют о том или ином типе привязанности, сложившейся у ребенка по отношению к матери. И впоследствии этот тип привязанности и сложившаяся модель поведения окажет самое непосредственное влияние на его жизнь и развитие.

Каким образом?

Если у ребенка не было «своего» взрослого, если его переводят из группы в группу и за время пребывания в учреждении общее число ухаживающих взрослых доходит до нескольких десятков, то ему трудно сформировать адекватные представления о других людях и об отношениях с ними. Он будет проявлять сложноорганизованное поведение или дезадаптивное поведение и дезорганизацию. Часто за дезорганизацией стоит несоответствие окружения потребностям развития ребенка, неспособность ребенка подстроиться под хаотичный мир непредсказуемо меняющихся и разных в своем обращении с ним взрослых.

Смотрите, вот ребенок первого года жизни в сиротском учреждении или больнице. Он ежедневно видит большое количество разных взрослых, которые оказываются рядом с ним на короткое время, когда надо накормить, помыть, осмотреть, сделать медицинскую процедуру. У каждого из этих взрослых своя рабочая задача, в которую не входит социальное взаимодействие с ребенком. У каждого свое настроение, свое отношение, прикосновение. И эти меняющиеся, чужие в силу нестабильности взаимодействия женщины часто не понимают индивидуальных эмоциональных потребностей ребенка и выполняют рабочие функции без необходимого контакта с ним. А ребенок вследствие этого не может сформировать представление, которое помогло бы ему предсказать действия этих женщин и вести себя соответственно. Каждый раз приходит новая женщина, и он не может предсказать, что она будет делать.

Любая мать в той или иной мере способна научиться читать поведение своего ребенка. Но если этих женщин в группе много, и у каждой стоит задача присмотреть за 15 или 20 детьми, она не сможет чувствительно воспринимать и адекватно интерпретировать поведение каждого ребенка, не говоря уже об отзывчивом взаимодействии с ним. И у ребенка, соответственно, не сформируется представления о чувствительности и отзывчивости этого взрослого и в целом представления об эмоциональной доступности, безопасности и стабильности всего социального окружения. Оно для него в эмоциональном плане неотзывчиво, хаотично, опасно, а в когнитивном плане — непонятно и непредсказуемо. В результате ребенок получает большой опыт переживания пренебрежения, отвержения и неразделенных эмоций, и это ребенок со сложным или дезорганизованным паттерном привязанности и поведения.

«Неразборчивое дружелюбие проявляется в социальных контактах детей и в четыре года, и в 15 лет»

И что происходит потом с таким ребенком? Как проживание в условиях депривации в раннем возрасте отражается на его дальнейшей жизни?

Есть длительные исследование на эту тему, которые провели наши английские коллеги. Они изучали детей, поступивших в приемные семьи Великобритании из румынских учреждений, которые отличались глобальными депривационными условиями, и прослеживали этих детей в течение 15 лет. Причем группа делилась на две подгруппы: детей, которые находились в учреждении до шести месяцев и были взяты в семью, и детей, которые находились в учреждении более шести месяцев. Оказалось, что дети, которые находились в румынских учреждениях дольше шести месяцев, проявляли признаки дезорганизованного поведения вплоть до 15 лет, несмотря на то что их усыновили в хорошие, высокого образовательного уровня и достатка семьи. По результатам этого исследования были выделены депривационно-специфические особенности развития и поведения, относящиеся к депривации в раннем возрасте и проявляющиеся в той или иной мере и в более взрослом возрасте. Одна из этих особенностей — расторможенная привязанность, основной характеристикой которой является проявление ребенком поведения неразборчивого дружелюбия и поиска социального внимания. Мы все знаем, как оно проявляется в доме ребенка, когда дети бросаются с объятиями к любому входящему взрослому. Но оказывается, что после перевода ребенка из учреждения в семью усыновителей неразборчивое дружелюбие продолжает сохраняться и проявляется как в возрасте четырех лет, так и в шесть, 11 и 15 лет и приводит к проблемам социального взаимодействия с другими людьми, в том числе со сверстниками. Приведу пример: родители вместе с ребенком идут в супермаркет, и вдруг ребенок пропадает. Они бросаются искать его, и оказывается, что он общается с незнакомыми людьми, которые чем-то привлекли его внимание. И так во многих ситуациях. Приемный родитель тяжело переживает каждый уход ребенка и его взаимодействие с чужими, незнакомыми людьми. Эта неразборчивость в социальных отношениях происходит из опыта жизни ребенка в той самой непредсказуемости, неразборчивости, хаотичности социального окружения в раннем возрасте.

Приемные родители часто жалуются на то, что ребенок агрессивен, дерется со сверстниками, плохо учится. Это тоже связано с жизнью в учреждении?

По нашим данным, критически высокие проявления нарушений правил поведения и агрессивного поведения в пять—восемь лет действительно чаще встречаются среди детей с ранним опытом проживания в Доме ребенка, но не у всех. К тому же высокий уровень нарушения правил поведения встречается и среди российских детей, которые живут в кровных семьях. Однако среди них не наблюдается неразборчивого дружелюбия.

То есть неразборчивое дружелюбие — это единственный признак и следствие проживания в депривационных условиях в раннем возрасте?

Есть и другие. Из тех показателей, что выделили британские коллеги, можно кроме расторможенной привязанности назвать квазиаутичное поведение (не аутизм, но схожие проявления), когнитивные нарушения, нарушение внимания с проявлением гиперактивности.

Чем можно помочь ребенку с такими нарушениями? И к чему они приведут, если детям не помогать?

Дети, оставшиеся без попечения родителей, должны быть помещены в семейные условия проживания — в замещающие семьи или при необходимости в соответствующие организации с условиями проживания, близкими к семейным, и с возможностью развития ребенка во взаимодействии с близким взрослым человеком. Постановление N481 как раз на это полностью направлено.

А как помочь ребенку, если он уже вырос с таким расстройством привязанности?

В исследовании британских коллег, о котором я вам рассказал, мы имеем дело с отлаженной системой социальной и психологической поддержки приемных семей и семей усыновителей в Великобритании. Их в зависимости от потребностей семьи и ребенка поддерживают в течение длительного времени доступные социальные, психологические, психотерапевтические службы. У нас, за исключением крупных городов, эти службы или в зачаточном состоянии, или недоступны, в том числе потому, что не каждая семья понимает, куда можно обратиться. Такие службы поддержки и сопровождения ребенка и семьи надо, несомненно, развивать. Нужно учить специалистов, развивать систему повышения их квалификации и супервизии, открывать как можно больше центров помощи и сопровождения, куда может прийти любая семья с таким ребенком.

То есть «вылечить» уже взрослого ребенка и совсем исправить эти нарушения нельзя?

Можно помочь семье и ребенку в преодолении возникающих осложнений. Вся огромная служба помощи таким семьям должна быть направлена на то, чтобы поддерживать этого ребенка, и доступность этой службы должна быть постоянной, максимальной, в течение длительного периода жизни. И родителям, и окружающим людям необходимо понимать, что поведение и состояние ребенка связано с обстоятельствами и условиями жизни, в которых он оказался, и что ему и принявшей его семье нужна своевременная профессиональная помощь.

Значит, государству было бы проще и дешевле создать условия для раннего развития детей-сирот, чем потом всю жизнь обеспечивать им сопровождение?

Несомненно. Выстраивать систему сопровождения и поддержки просто необходимо, ведь огромное количество детей в приемных семьях или в учреждениях проявляют особые потребности в профессиональном сопровождении развития. И им нужна помощь. Но для профилактики нарушений развития и психического здоровья у новых поколений детей мы должны устранить депривационные условия в самом начале жизни ребенка вне зависимости от того, где он живет — в кровной семье, в учреждении для детей, оставшихся без попечения родителей, в приемной семье или находится в больнице. Мы должны думать о том, чтобы везде у него были условия безопасные, предсказуемые, с наличием стабильного, чувствительного, отзывчивого взрослого, профессионально выполняющего для ребенка роль фигуры привязанности.

Правда, что долгий опыт жизни в сиротском учреждении приводит к невозможности создать семью, устроиться на стабильную работу, к неразборчивости в связах?

Ответы есть в нашем обществе. Есть много информации о людях, которые долгое время прожили и выросли в сиротских учреждениях, и о том, что с ними происходит. Часто наблюдаются нарушения поведения, социальная некомпетентность, сложности установления отношений с другими людьми, формирования собственной семьи, выполнения родительской роли. Сложности понимания социальных границ, своего и чужого пространства. Неумение обращаться с собственным ребенком. Есть случаи, когда молодые мамы, жившие ранее в системе сиротских учреждений, могли оставить своего маленького ребенка одного и уйти на длительное время.

«В продвинутых домах ребенка стараются вообще не использовать медикаменты для решения поведенческих нарушений у детей»

Расторможенная привязанность — это психиатрический диагноз?

В исследованиях детей с опытом депривации этот термин использовался научной группой под руководством британского психолога и психиатра сэра Майкла Раттера. Диагноз «расторможенное расстройство привязанности» включен в Международную классификацию болезней 10-го пересмотра и активно используется при описании расстройств психического здоровья, возникающих у ребенка в результате отсутствия тесного социально-эмоционального взаимодействия с близким взрослым. Я был в этом году на конференции Всемирной ассоциации психического здоровья младенцев и детей раннего возраста в Праге, где этот термин активно употреблялся при описании специфики нарушений у детей с опытом депривации как психиатрами, так и профессионалами в самых различных областях детского развития. Но надо иметь в виду, что зарубежный детский психиатр очень отличается от нашего, отечественного. Это не тот человек в белом халате, который для изменения поведения и состояния ребенка выписывает лекарственные препараты, нет. Современные детские психиатры и профессионалы в области психического здоровья, исследуя причины нарушений развития и поведения ребенка, прежде всего анализируют специфику его взаимодействия и привязанности с матерью или человеком, выполняющим роль близкого взрослого, а также качество ближайшего социального окружения.

Может ли это нарушение корректироваться медикаментозно?

Существует огромное количество медикаментов, влияющих на поведение и состояние ребенка, но я никогда не буду адвокатом применения этого инструментария, поскольку медикаменты не могут повлиять на приобретенный ребенком опыт жизни в негативном социальном окружении. Я убежден, что нельзя до этого доводить. Мы должны создавать для ребенка такие условия жизни, чтобы он имел возможность взаимодействовать с близким взрослым и формировать адаптивную привязанность, чтобы его развитие пошло по естественному пути.

Когда мы приходим в самый обычный дом ребенка, то наблюдаем там многочисленные проявления неразборчивого дружелюбия, нарушения поведения, самостимуляцию, которые рассматриваются как проявления психических расстройств у детей. И раньше у нас невропатологи и приходящие психиатры могли выписывать этим детям лекарства для снижения проявляемого негативного поведения. Но как только мы создаем в домах ребенка условия стабильности, чувствительности и отзывчивости социального окружения, то первые же наблюдения воспитателей и наших специалистов говорят о том, что ребенок вошел в естественную колею, и ему таблетки не нужны. Мы это видели на примере дома ребенка N13 в Петербурге, где воспитатели стали для детей близкими взрослыми. Уже через три месяца после этих изменений дети перестали выбегать за пределы комнаты, на улице старались держаться «своего» воспитателя, самостимуляция значительно уменьшилась. Такое же значительное снижение дезадаптивного поведения мы наблюдали вместе с коллегами из красноярского дома ребенка. И это тоже случилось через три месяца пребывания группы детей в условиях семейного окружения и наличия близкого взрослого. В продвинутых домах ребенка невропатологи вам расскажут, что они сейчас стараются вообще не использовать медикаменты для решения поведенческих нарушений у детей.

Это очень просто и по-человечески: создай для ребенка семейное окружение, дай ему близкого взрослого, дай ему возможность быть с одним и тем же человеком, эмоционально доступным. И у него возникнет росток внутреннего понимания себя, понимания других, понимания своего поведения, желание, наконец, с интересом изучать внешний мир.

Но это профессиональная область знаний, которая требует специального образования и самообразования. И если психолог или психиатр не знает о влиянии социального окружения на развитие и психическое здоровье ребенка, не читает современную профессиональную литературу, не ведет наблюдений за ребенком и ухаживающим за ним взрослым, то, конечно, ему проще всего дать ребенку затормаживающую таблетку. А в итоге это может вести к инвалидизации.

«Мы же понимаем, что если в семье нет мамы, то с ребенком будет что-то не так. Вот и здесь то же самое. Это единые закономерности развития ребенка — ему в первую очередь нужен близкий человек»

«Совершенно точно, что в течение всего периода и особенно в первые полтора года ребенок должен жить в тесном взаимодействии с близким взрослым»

«Дети, которые находились в румынских учреждениях дольше шести месяцев, проявляли признаки дезорганизованного поведения вплоть до 15 лет, несмотря на то, что их усыновили в хорошие семьи»

«Если психолог или психиатр не знает о влиянии социального окружения на развитие и психическое здоровье ребенка, то, конечно, ему проще всего дать ребенку затормаживающую таблетку»

Словарный запас: ДЕПРИВАЦИЯ — Strelka Mag

Заняли второе место в конкурсе, переехали в новую квартиру или завалили экзамен — всё это может привести к депривации. Strelka Magazine выяснил у экспертов, что это такое и как правильно реагировать на лишения или изменения в своей жизни.

 

ЧТО НАПИСАНО В СЛОВАРЕ

Депривация — лишение или ограничение возможностей удовлетворения каких-либо потребностей организма. (Большой медицинский словарь)

 

ЧТО ГОВОРЯТ ЭКСПЕРТЫ

Алёна Пронина, специалист в области когнитивно-поведенческого подхода

Термин «депривация» активно используют в психиатрии, психологии, социологии.

Он обозначает психическое состояние человека, которое возникает, когда тот не может удовлетворить свои жизненные потребности. Название произошло от латинского слова deprivation, в переводе — «лишение». Потребности бывают физические — тепло, сон, пища; или социальные — общение, понимание, поддержка. Первоначально термин «депривация» использовали в экспериментах, когда человек не мог постоянно удовлетворять те или иные нужды. Учёные выяснили: при депривации витальных (жизненных. — Прим. ред.) потребностей человек испытывает как физиологический, так и психологический дискомфорт. Приступы депрессии, агрессии, страх, повышенная тревожность, зависимости и психосоматические заболевания — признаки депривационной личности. В современной социологии используют понятия абсолютной и относительной депривации. Если человек не способен удовлетворить основные потребности в жилье или питании, то говорят об абсолютной депривации, так как нарушаются базовые условия существования. Если человек не удовлетворён уже имеющимися у него благами: квартирой, зарплатой, социальным статусом, так как желает большего, то это состояние называют относительной депривацией. Низкая оценка на экзамене, второе место на соревновании, застой на работе — всё это может послужить основой для крайне болезненного переживания, несовпадения ценностных ожиданий с реальностью и, как следствие, привести к депривации.

Тип депривации зависит от характера лишений. Информационный голод ведёт к сенсорной депривации, что особенно опасно для детей, так как потребность в новых ощущениях возникает уже в раннем возрасте. А обеднённая среда способствует возникновению синдрома алекситимии (неспособность человека называть переживаемые эмоции, вербализировать их. — Прим. ред.). При социальной депривации человек не может выполнять собственную социальную роль. «Дети-маугли» лишены возможности простого человеческого общения и деградируют в сторону звериных инстинктов. Также депривация возникает, если человек не может установить доверительные связи — у него развивается повышенное чувство тревоги и неуверенности в себе.

Не надо депривацию путать с фрустрацией, между ними есть существенные различия. Фрустрация предполагает, что человек хочет вернуть себе блага, которыми ранее обладал, например здоровье или богатство. При относительной депривации человек стремится к тому, чего никогда не имел. А сама депривация грозит человеку более болезненным и длительным состоянием, чем фрустрация.

На человека единовременно могут давить сразу несколько типов депривации, что усиливает негативное воздействие на психику и физиологию. Само по себе лишение не несёт вреда, так как организм адаптируется к любым условиям. Решающая роль в возникновении болезненных переживаний — это отношение человека к самому факту депривации. Если он переживает её как нечто бессмысленное, то восприятие будет негативным. Но если человек видит в этом определённое значение, то легко справится. К примеру, пищевая депривация не обязательно вызывает страдания: люди сознательно практикуют лечебное голодание, не принимают пищу до десяти дней и не испытывают при этом отрицательных переживаний.

Чтобы избавиться от относительной депривации, необходимо работать с грамотным психологом. В случае абсолютной депривации единственное, что можно сделать, — это предоставить человеку необходимые блага или помочь ему с их достижением. Также в борьбе с депривацией используют временное отключение её механизма: например, гасят накопившуюся агрессию физическими упражнениями.

Ольга Кузнецова, психолог, специалист по работе с одарёнными детьми

За свою жизнь каждый человек сталкивается с депривацией в лёгкой или тяжёлой формах. Проявиться она может в любом возрасте с самого рождения. У детей она влияет на развитие и влечёт необратимые последствия. К примеру, ребёнок в дошкольном возрасте привык много и хорошо спать, жил в семье, ему было тепло и комфортно. Когда он попадает в школу, с ним может произойти депривация по нескольким причинам. Во-первых, он сталкивается с непривычно большими нагрузками, а некоторые занятия вроде физкультуры могут выводить его из зоны комфорта. Во-вторых, он попадает в новое окружение, где много незнакомых ему людей — детей и преподавателей. В итоге ребёнок лишается сна, у него возникают проблемы с сенсорными процессами и социализацией. Если он плохо запоминает, уходит на шаг назад в развитии, отказывается от игрушек или еды, то ему необходима поддержка взрослых. Детский организм податлив на изменения, и если вовремя не среагировать, то ребёнок может уйти в себя, так и не справившись со стрессом.

У взрослого человека депривация может произойти из-за смены работы, дедлайна на работе, переезда. У него появляется чувство беспокойства, нервозность, бессонница. Однако депривацию избежать невозможно и не стоит её бояться, так как это реакция на изменение условий внешней среды. Организм перестраивается и приспосабливается.

Когда человек испытывает сложности, он развивается. Рассмотрим ситуацию: мужчина живёт с родителями до 30 лет, они ему готовят завтраки и ужины, заботятся, сильно опекают. В один день семья решает, что их ребёнку наконец пора покинуть родительский дом. В таком случае мужчина точно столкнётся с депривацией. Но также для него это будет возможность входа в собственную жизнь.

Если беспокойства не покидают, то стоит говорить о длительной депривации. Тогда необходимо обратиться к психологу, чтобы решить внутренние конфликты. Длительная депривация задерживает рост. Недостаток сенсорных и социальных стимулов приводит к замедлению эмоционального и интеллектуального развития.

 

ПРИМЕРЫ УПОТРЕБЛЕНИЯ

ТАК ГОВОРИТЬ ПРАВИЛЬНО

Дети, страдающие от сенсорной депривации, отстают в развитии моторных навыков. (Алёна Пронина)

ТАК ГОВОРИТЬ НЕПРАВИЛЬНО

Я испытываю депривацию, потому что моя дочь перестала ходить в школу. (Здесь речь идёт о фрустрации — Прим.). (Алёна Пронина)

Пособие по использованию сенсорной комнаты

Республиканское Объединение по реабилитации и восстановительному лечению детей-инвалидов

Т.Е. Браудо, Ю.А. Кириченко Е.А. Соловьева, М.В. Ряховская. Под редакцией профессора Е.Т. Лильина

Проблема развития восприятия у детей. Сенсорная реабилитация.

Сенсорная комната Снузлин. Подробная информация, фото и видео, практические рекомендации

По восприятию окружающего мира мы условно можем быть отнесе­ны к трем типам: видеолистам, аудиолистам и кинестетикам, т.е. веду­щей в нашем восприятии является слуховая, зрительная или осязатель­ная модальность. Это разделение весьма условно, и полностью не может отражать ту сложную структуру личности, которую представляет собой современный человек. Однако, само существование такого подхода поз­воляет лишний раз убедиться в том, что сенсорное развитие играет ог­ромную роль в психологическом и социальном становлении личности.

Подтверждением этому является, например, психическое развитие детей в условиях сенсорного голодания (сенсорной депривации). Нару­шения зрения или слуха, а также воспитание в условиях искусственно обедненной среды (отсутствие новых и разнообразных зрительных и слуховых стимулов в сочетании с дефицитом общения со взрослыми) отрицательно сказываются на психическом развитии ребенка. В част­ности, наблюдается задержка в появлении зрительного сосредоточения, ориентировочной реакции на звук, целенаправленных движений, а сле­довательно, предметной деятельности и речи.

Недоразвитие и десинхронизация (нарушение синхронности, согла­сованности) эмоционально-волевой сферы ребенка, его зрительного, слухового и тактильного восприятия являются составными частями та­кого хорошо известного в коррекционной педагогике диагноза, каким является задержка психоречевого развития.

Опыт мировой, а в последнее время и отечественной педагогики до­казал, что направленный на дидактические цели комплекс сенсорных и моторных упражнений положительно влияет на общее, эмоциональное, речевое и социальное развитие.

Одним из современных методов сенсорной реабилитации является специально разработанная установка «Снузлин». Первоначально «Снузлин» или Сенсорная комната, был разработан в Голландии с це­лью обеспечения больных с интеллектуальной недостаточностью под­ходящими средствами для проведения досуга и раскрепощения. Само слово «Снузлин» — составленное из «обонять» и «осязать», трансфор­мированное из голландского языка, является попыткой выразить кон­цепцию взаимодействия ощущений и эмоций.

Определяющим постулатом послужило утверждение, что для обес­печения деятельности инвалида необходима разработка особой, специ­ально организованной окружающей среды, в частности, учитывающей недостаточность восприятия.

Поэтому в настоящий момент «Снузлин» нашел широкое примене­ние в практике зарубежной реабилитологии. Например, в центре Вит-тинттон Холл города Честерфильда, сотрудники которого давно зани­мались исследованием сенсорных впечатлений, удалось создать свою концепцию «Снузлина», как своего рода  досугового Центра, позволяю­щего обеспечить широкий спектр сенсорных впечатлений людям с раз­личной степенью интеллектуальной и физической недостаточности. При этом посетителям Сенсорной комнаты предоставляется возмож­ность самим выбирать способ и силу воздействия различных стимулов расслабляющего или, напротив, активизирующего характера, а также их последовательность. В обязанности сотрудников входят выяснить, что именно хочет в данный момент пациент и реализовать его желание. Авторы этой концепции особенно подчеркивают исключение необхо­димости какой бы то ни было интеллектуальной работы со стороны па­циента (в данной модели использования Сенсорной комнаты). Следо­вательно, данная модель может применяться не для коррекции интел­лектуального дефекта, а только для обеспечения лиц, находящихся в условиях сенсорной депривации необходимым объемом разного рода ощущений, умения самостоятельно влиять на окружающую среду с це­лью получения приятных ощущений от света, звука, движения, так­тильных и вкусовых раздражителей.

Идентичным образом идея «Снузлина» находит применение в рабо­те с субъектами, обладающими высокой активностью и саморазруши­тельными тенденциями в поведении. Для оптимизации активности и поведения таких детей применяются упражнения, направленные на ре­лаксацию. Успокаивающая музыка, мягкий свет, теплый, наполненный водой матрац, звуки природы — вот те возможности «Снузлина», кото­рые помогают ребенку максимально расслабиться и успокоиться.

Большое разнообразие стимулирующих влияний позволяет также оказывать помощь детям, страдающим синдромом раннего детского ау­тизма (РДА). Известно, что детям с данной патологией доставляет осо­бое удовольствие игра со светом, звуком, водой, песком. При налажива­нии контакта с аутичным ребенком взрослый должен воспользоваться ситуацией, дающей дополнительную возможность выполнения совместного действия, вызывающего у ребенка положительные эмоции. В си­туации максимального воздействия различных раздражителей взрос­лый оказывается особенно необходимым ребенку. В этом случае следу­ет помнить об осторожности в использовании «Снузлина», учитывая особую чувствительность детей с РДА. Вся методика коррекционной работы с детьми с данной патологией должна строится с учетом инди­видуальных рекомендаций, данных психиатром или психоневрологом, наблюдающим ребенка.

Общий комплекс упражнений в Сенсорной комнате

Сотрудниками нашего Объединения разработана специальная мето­дика, позволяющая использовать «Снузлин» или Сенсорную комнату не только, как средство проведения досуга и релаксации детей с ограни­ченными возможностями, но и как один из методов коррекции сниже­ния темпа психоречевого развития ребенка, развития его познаватель­ной мотивации и произвольного внимания.

Методика коррекционной работы основана на поэтапном включе­нии и синхронизации всех сенсорных потоков через различные виды стимулирующего воздействия и, что особенно важно, самостоятельной деятельности ребенка.

Еще Л.С. Выготский (1932) обратил внимание на то, что в основе формирования и развития высших психических функций лежит слож­ный процесс интеграции внешнего мира во внутренний. Он придавал решающее значение процессу восприятия для развития речи, считая, что ребенок может говорить и мыслить только воспринимая: «Развитие восприятия различной модальности создает ту первичную базу, на кото­рой начинает формироваться речь».

Руководствуясь его же теорией о сложной структуре дефекта, можно отчасти объяснить те неудачи, с которыми сталкиваются работники психолого-педагогической службы, пытаясь скоррегировать задержку психоречевого развития ребенка, его интеллектуально-познавательной сферы, не принимая во внимание особенности состояния восприятия.

Поэтому первые занятия с использованием «Снузлина» должны быть посвящены выработке тактильных и кинестетических ощущений.

Как отмечала Е.Д. Хомская (1982), кожно-кинестетическая или об­щая чувствительность занимает особое место среди различных видов чувствительности. Являясь филогенетически одной из самых древних, она может быть представлена, как база для формирования зрительного и слухового восприятия. Кроме того, кинестетическая чувствитель­ность является основой всех видов движений.

Кожно-кинестетическая чувствительность — это сборное понятие, объединяющее несколько видов. Е.Д. Хомская (1982) разделяет их в це­лом на две категории:

а) виды чувствительности, связанные с рецепторами, содержащими­ся в коже;

б) виды чувствительности, связанные с рецепторами, находящими­ся в мышцах, суставах и сухожилиях.

Первые занятия с детьми посвящены профилактике или устранению так называемой «тактильной агнозии текстуры объекта». Для этого мы предлагаем дополнить комплектацию Сенсорной комнаты специаль­ными панно, на котором представлены материалы, распределенные по следующим признакам: «шероховатость» — «гладкость», «мягкость» -«твердость».

Перед посещением Сенсорной комнаты проводится установочная беседа, которая должна соответствовать возрасту детей, быть легко до­ступной для понимания. Детям рассказывается о том, что они пойдут в «волшебную комнату», где есть много сюрпризов, но волшебник откро­ет их нам только после того, как мы выполним его задания.

Только после беседы, детей вводят в комнату, где включен мягкий, приглушенный свет. Методист, или лучше если это будет голос «вол­шебника», записанный на магнитофон, просит детей пройти по «вол­шебной дорожке». В зависимости от возраста и умственных способнос­тей детей инструкцию нужно давать в разной форме, например, для подростков необходимо оговаривать цели и задачи пребывания в ком­нате, для дошкольников и младших школьников — организовать игру или сказку. Мотив работы в Сенсорной комнате должен подбираться в зависимости от ведущей деятельности ребенка.

С предлагаемой текстурой дети знакомятся дважды: сначала прохо­дя по панно босиком, затем ощупывая его руками. После соответствую­щего ознакомления, методист предлагает детям самостоятельно найти ту или иную текстуру. Завершением занятия и поощрительным призом может быть «купание» в сухом бассейне.

Во время второго занятия в Сенсорной комнате детям предлагается пройти по специальному панно, где представлены объемные геометри­ческие фигуры, буквы или цифры, но не просто пройти, а сначала но­гой, затем рукой обвести контуры предлагаемых фигур.

После выполнения задания, включается боковой свет и методист просит детей в воздухе нарисовать знакомые контуры, используя эф­фект теневого театра. Изменения вносятся и в занятия в сухом бассей­не, которые дополняются первым включением слухового анализатора: дети должны с изменением музыкального оформления выполнять в бассейне определенные, доступные для ребенка действия. В завершаю­щей части занятия используется теплый водяной матрац со звучащей в глубине музыкой. В качестве дополнительной стимуляции может быть использован дополнительный набор ароматов.

Следующее занятие в Сенсорной комнате посвящено одному из на­иболее трудных моментов акустического (слухового) восприятия: узна­ванию предметов или явлений по соответствующему звучанию. Для этого используются специальные картины, проектируемые на стену и соответствующее музыкальное оформление. Нельзя не отметить, что введение новых элементов происходит параллельно закреплению навы­ков, полученных на предыдущих занятиях.

В качестве дополнительных возможностей развития перцептивных способностей воспитатель может на этом этапе использовать в работе четыре различных раствора:

  • сладкий (раствор сахара),
  • соленый (раствор соли),
  • кислый (раствор яблочного уксуса или лимона),
  • горький раствор.

Более подробное описание методики этой работы можно найти в различных изданиях Монтессори-материалов.

Работу по развитию зрительного восприятия необходимо начинать с плетения цветных (сверкающих) шнуров. В процессе этой работы детям дается возможность, находясь под воздействием сложного сенсорного потока, сконцентрировать свое внимание на определенном световом раздражителе. Эти упражнения также помогают развитию произволь­ности.

Закрепляющим моментом является занятие в сухом бассейне, в ходе которого дети должны выдавать определенную реакцию не только на изменение звукового раздражителя, но и на изменение цвета шаров.

Работа с использованием цветных цилиндров посвящена (в данной педагогической системе) сличению по цвету двух, на первый взгляд раз­личных для ребенка систем: кнопок пульта и цилиндров с цветными пу­зырями. Работа с данным тренажером направлена на формирование сложного понятия, что своим действием ребенок может изменить цве­товое оформление окружающей его действительности. Для закрепления этого понятия важной является начало работы в компьютерном классе с различными программами-раскрасками.

Использование компьютерных игр до соответствующих занятий в Сенсорной комнате может при наличии у ребенка определенных видов расстройств, привести к несформированности цепочки «собственное действие — изменение на мониторе».

Использование «зеркального шара» в качестве тренажера для разви­тия зрительного гнозиса с акцентуацией на частях целого, мелькающих объектах должен применяться крайне избирательно. В частности, он не показан в работе с детьми, имеющими тенденцию к различного рода аутическим проявлениям, а также страдающим эпилепсией.

Вводить различные сенсорные модальности необходимо посте­пенно, сопровождая многократным кратким и однотипным объясне­нием.

Для закрепления полученных навыков, как в Сенсорной комнате, так и через некоторое время в группе воспитатель может провести заня­тие на развитие того или иного вида восприятия. Например, с целью развития тактильно-двигательного восприятия вне Сенсорной комнаты традиционно используются различные варианты игры «Волшебный ме­шок». Ребенку предлагается определить предмет, его текстуру, форму, материал, из которого он изготовлен, вес, температуру. Целью этого за­дания является также обучение ребенка перцептивным действиям, т.е. ощупыванию предмета, целенаправленному передвижению ладони и пальцев по его поверхности.

Оборудованием является «волшебный мешок»: непрозрачный ме­шок с завязками, в который кладется определенный набор кусочков ткани, игрушек, бытовых предметов или геометрических фигур. Детям дается инструкция найти предмет по образцу, воспринимаемому зри­тельно, зрительно-тактильно или только тактильно, а также по назва­нию. Наиболее сложным заданием является определение хорошо зна­комых, обследованных на предыдущих занятиях предметов без предъ­явления образца и в условиях, когда ребенок точно не знает, что лежит в «волшебном мешке». Рассмотрим вариант подобной игры, которую можно проводить, как в Сенсорной комнате, так и игровой комнате.

Помоги кукле

Цель: Научить выбирать предметы на ощупь по образцу форм и ве­личин, при этом, опираясь на зрительный образец, уточнять и закреп­лять названия предметов, величин, форм.

Оборудование: «волшебный мешок», набор игрушечной посуды (раз­ной величины тарелки, блюдца, ложки и чашки).

Ход игры: Детирасполагаются вокруг педагога. Педагог демонстри­рует куклу, объясняя, что зовут ее Маша, она пришла на наше занятие. Педагог объясняет, что Маша купила посуду и должна накрыть стол к приходу гостей, показывает отдельные предметы из набора и просит найти такой же предмет в «волшебном мешке». Дети выполняют зада­ние, ориентируясь только на вид предмета.

Разбирая занятие, следует обратить внимание на точное соответст­вие выбранного предмета предъявляемому образцу. Интересным и важ­ным разделом работы по развитию тактильно-двигательного восприя­тия является обучение восприятию различной температуры предметов, а также соотнесение ее с наиболее характерными явлениями природы. Можно предложить детям следующую игру:

Откуда вода?

Цель: Научить определять температуру воды, связывать температуру с определенным явлением окружающего мира.

Оборудование: Бутылочки с очень холодной, тепловатой, теплой и горячей водой. Картинки с изображением проруби в реке зимой, реки весной и летом, чайника, стоящего на плите.

Ход игры: Педагог сообщает, что эту воду он взял в разных местах, по­казывает картинки. Жалуется, что забыл, откуда какая вода взята, так как перепутал бутылки и просит детей помочь ему определить, откуда может быть взята вода в каждой бутылке. Дети по очереди ощупывают бутылки и подбирают соответствующие картинки, обсуждая свой вы­бор. В конце занятия вместе с детьми педагог подводит итог, обобщая ответы детей об изменении температуры воды.

При развитии слухового восприятия большое внимание следует уде­лить развитию неречевого слуха. С этой целью проводятся занятия на­правленные в начале на развитие элементарной реакции на слуховой раздражитель, затем на его различение и использование как сигнал к Действию, осмысление.

Важно научить распознавать различные звуки, определять источник звука, его направление и удаленность, а также направление и скорость его движения. Все это поможет детям лучше ориентироваться в окружаюшей среде. Наиболее просто дети воспринимают звуки не только на слух, но и с опорой на зрение: слухозрительно, что должно предшество­вать изолированному слуховому восприятию.

Приведем примеры игр, направленных на развитие слухового вос­приятия.

Что звучало?

Цель: научить детей различать на слух инструменты, похожие по зву­чанию.

Оборудование: гармонь, детское пианино и металлофон, ширма.

Ход игры: На столе педагога стоят инструменты. Педагог играет по очереди на каждом инструменте, дети называют инструмент. Затем пе­дагог объясняет детям, что они сейчас будут угадывать, какой инстру­мент звучал. Для этого они должны внимательно слушать. Педагог за­крывает игрушки ширмой и играет на одном из них. Дети должны на­звать этот инструмент. Через некоторое время педагог вызывает одного за другим нескольких детей и предлагает детям узнать, на каком инстру­менте они сыграют. В заключение занятия педагог снимает ширму и еще раз играет на каждом инструменте.

Найди, где звенит

Цель: Научить по звуку определять направление в пространстве.

Оборудование: бубен.

Ход игры: педагог показывает детям бубен и предлагает послушать, как он звенит, предоставляет возможность детям самим позвенеть. За­тем рассказывает, в какую игру дети будут сейчас играть: все закроют глаза, а он отойдет, позвенит, и все дети должны тотчас открыть глаза и бежать к нему. Самым внимательным будет тот, кто быстрее подбежит к педагогу. В начале игры педагог отходит недалеко от детей. Постепенно расстояние увеличивается. Направление движения постоянно меняет­ся. Во время игры педагог следит, чтобы дети не открывали глаза, пока звенит бубен.

При развитии зрительного восприятия су шествуют упражнения на­правленные на восприятие формы, размера, цвета, а также целостного образа. Остановимся на последней группе упражнений. Детям предла­гаются сборно-разборные игрушки, в которых не хватает деталей для определения того, чего именно недостает. Это упражнение помогает су­дить о развитии уровня обобщения, уровня развития абстрактного мы­шления, произвольного внимания. При работе с детьми с органически­ми поражениями ЦНС необходимо учитывать возможность пространственных нарушений и нарушений зрительно-моторной координации. Данный вид упражнений способствует их коррекции.

В дополнение упражнений, выполняемых в игровой, в условиях Сенсорной комнаты, детям можно предложить рассмотреть абстракт­ную картину, спроецированную на стену (космические, морские пейза­жи и т.п.), и пофантазировать, какие отдельные детали наталкивают на определенные ассоциации, описать, с чем могут быть связаны эти ассо­циации.

Для развития обоняния следует проводить упражнения, задачей ко­торых является узнавание различных запахов и определение их источ­ников. С этой целью можно использовать, как естественные источники запахов (дольки лимона, цветы, чеснок, различные фрукты и т.д.), так и самостоятельно изготовленные ароматные подушечки, наполненные травой, пропитанные духами и др. Таким образом составляется «библи­отека запахов».

При невозможности приобретения «Снузлина» мы рекомендуем ор­ганизовать «сенсорные уголки» в игровых помещениях. Их можно обо­рудовать при помощи подручных средств. Например, угол в комнате от­гораживается занавеской или ширмой для создания ощущения изоли­рованности и безопасности; в качестве сидения используется мягкая банкетка, мат или кресло; живые или искусственные цветы, аквариум с подсветкой, окно, при помощи цветной пленки превращенное в вит­раж, магнитофон или проигрыватель с медленной музыкой успокаива­ют и способствуют расслаблению. В этом уголке можно проводить за­нятия по развитию восприятия с использованием наборов Монтессори, «библиотеки запахов», «волшебного мешочка» и других средств.

Использование Сенсорной комнаты при коррекции нарушений психического развития.

Перейдем к подробному рассмотрению упражнений, направленных на коррекцию конкретных нарушений восприятия, познавательной и эмоциональной сферы (развитие фантазии, устранение эмоциональной скудности, снижение уровня тревожности и уровня агрессивности). С Целью коррекции этих расстройств мы предлагаем следующие вариан­ты работы.

Упражнение 1.

Подростков приглашают в Сенсорную комнату, рассаживают по кругу.

Инструкция: «Сейчас вы закроете глаза и попробуете представить се­бе, что-то очень приятное, это могут быть хорошие воспоминания или мечты». Детям раздается по листу бумаги, на пол кладутся карандаши, пластилин, фломастеры. «С закрытыми глазами нужно выбрать тот ма­териал, из которого вы бы хотели изобразить свое внутреннее состоя­ние. Это могут быть замысловатые узоры, несуществующие цветы и т.п. Слушайте свои внутренние ощущения, которые будут направлять вашу руку. В процессе работы карандаши нельзя менять».

Включают спокойную расслабляющую музыку и примерно через 5 минут включают ароматизатор. Задание выполняется примерно 10-15 минут. Далее по желанию детей каждый рассказывает о своих впечатле­ниях, ощущениях, которые они испытали за время тренинга, что они пытались нарисовать на бумаге.

Необходимо отметить, что при обсуждении нельзя критиковать, подшучивать, иронизировать над чувствами, прозвучавшими мыслями и ощущениями. Это распространяется не только на методиста, но и на участников группы.

Упражнение 2.

Рассчитано на детей младшего школьного возраста. Направлено на развитие эмоциональной сферы. Задачей данного упражнения являет­ся научение детей выражать свое эмоциональное состояние в движе­ниях и позе, что особенно важно для детей с двигательными наруше­ниями.

Инструкция: «Сейчас мы включим музыку и постараемся предста­вить себя в каком-либо образе (животного, растения, папуаса и т.д.), ко­торый бы соответствовал музыке, а потом изобразим его».

При помощи этого упражнения дети учатся выражать свои эмоции в танце, это помогает осознанию своего эмоционального состояния, выплескиванию своей агрессивности не на кого-либо, а в пространст­во, где никто не пострадает, никто не будет ругать и осуждать. Именно в это состоит главный психотерапевтический эффект данного упраж­нения.

 

Упражнение 3.

Рекомендовано для детей всех возрастов, направлено на преодоле­ние ночных страхов и неврозов. Дети рассаживаются в круг.

Инструкция: «Сейчас мы с вами будем рассказывать друг другу, что нам снится. Расскажите наиболее страшный, наиболее счастливый сон или то, что приснилось сегодня».

Ребенок сам должен подобрать к своему сну картинку, запах, цвет, подходящую музыку, и на созданном фоне рассказать сон. Если сон страшный, нужно стараться наиболее точно донести свои ощущения до окружающих. Это помогает ребенку вспомнить, заново пережить и про­работать свои страхи. В ходе рассказа группе о своих ощущениях он вы­водит вовне тревожащие его чувства.

«Исправление депривационных нарушений и профилактика депривации у детей дошкольного возраста» | Материал (подготовительная группа) по теме:

«Исправление депривационных нарушений и профилактика депривации у детей дошкольного возраста»

В современном мире вопрос психической депривации человека превратился в предмет изучения и интереса нового поколения психологов, специальных педагогов, врачей и социальных работников. Этот интерес не случаен. Учёные-психологи доказали, что такое психическое явление как депривация оказывает большое влияние на становление психических функций человека, развитие его личности в целом.

С депривацией сталкиваются практически все люди. Депрессии, неврозы, заболевания, лишний вес… Корни таких проблем нередко связанны с дефицитом ярких впечатлений в жизни, недостатком эмоционального общения или информации. Но истинные причины нарушений зачастую остаются не выявленными.

При обсуждении проблемы психической депривации в детском возрасте речь идет о неудовлетворении потребностей ребенка в материнской любви, двигательной активности, во впечатлениях и культуре в широком смысле слова. Количество и качество эмоциональных, сенсорных и других стимулов является условием полноценного психического развития в детстве, а также фактором психического благополучия как в детстве, так и в зрелости. Таким образом, длительные лишения важных для человека потребностей, постоянное переживание неуспеха способствует снижению общей активности человека, вызывая чувство бесполезности усилий. Поэтому важно научиться распознавать депривации, выделять среди других психологических проблем личности.        

Термин «депривация» сегодня широко используется в психологии и медицине. Особенно активно этот термин используется в психологической литературе последних лет. Однако в определении содержания этого понятия отсутствует единство. Он пришел из английского и в обиходной речи означает «лишение или ограничение возможностей удовлетворения жизненно важных потребностей».

Деприва́ция (лат. deprivatio — потеря, лишение) — психическое состояние, вызванное лишением возможности удовлетворения самых необходимых жизненных потребностей (таких как сон, пища, жилище, общение ребёнка с отцом или матерью, и т. п.), либо лишением благ, к которым человек был привычен долгое время.

Таким образом, психическая депривация — это психическое состояние, возникшее в результате таких жизненных ситуаций, где субъекту не предоставляется возможности для удовлетворения некоторых его основных психических потребностей в достаточной мере в течение длительного времени. Психические потребности ребенка наилучшим образом удовлетворяются, несомненно, его ежедневным общением с родителями, с окружающей средой. Если по какой — либо причине ребенок изолирован от стимулирующей среды, то он неизбежно страдает от недостатка стимулов. Эта изоляция может носить разную степень. При полной изоляции от человеческой среды в течение длительного периода можно предполагать, что основные психические потребности, которые с самого начала не удовлетворялись, развиваться не будут. Одним фактором при возникновении психической депривации является недостаточное поступление стимулов — социальных, чувствительных, сенсорных. Предполагается, что другим фактором при возникновении психической депривации является прекращение связи уже создавшейся между ребенком и его социальной средой.

Сенсорная депривация иногда описывается понятием «обедненная среда», то есть среда, в которой человек не получает достаточное количество зрительных, слуховых, осязательных и прочих стимулов. Такая среда может сопровождать развитие ребенка, а также включаться в жизненные ситуации взрослого человека. В обедненную среду часто попадает ребенок, оказавшись в детском доме, больнице, интернате или другом учреждении закрытого типа. Подобная среда, вызывая сенсорный голод, вредна для человека в любом возрасте. Однако для ребенка она особенно губительна. Как показывают многочисленные психологические исследования, необходимым условием для нормального созревания мозга в младенческом и раннем возрасте является достаточное количество внешних впечатлении, так как именно в процессе поступления в мозг и переработки разнообразной информации из внешнего мира происходит упражнение органов чувств и соответствующих структур мозга.

Сенсорная депривация может иметь отрицательное воздействие на психическое развитие ребенка в любом возрасте, в каждом возрасте по-своему. Поэтому для каждого возраста следует специально ставить и особым образом решать вопрос о создании разнообразной, насыщенной и развивающей среды обитания ребенка.

Когнитивная (информационная) депривация препятствует созданию адекватных моделей окружающего мира. Если нет необходимой информации, представлений о связях между предметами и явлениями, человек создает «мнимые связи» (по И. П. Павлову), у него появляются ложные убеждения. С эмоциональной депривацией могут столкнуться как дети, так и взрослые. По отношению к детям иногда используют понятие «материнская депривация», подчеркивая важную роль эмоциональной связи ребенка и матери. Разрыв или дефицит этой связи приводит к целому ряду нарушений психического здоровья ребенка.

Социальная депривация в литературе трактуется достаточно широко. С ней сталкиваются и дети, живущие или обучающиеся в закрытых учреждениях, и взрослые люди, которые по тем или иным причинам находятся в изоляции от общества или имеют ограниченные контакты с другими людьми, пожилые люди после выхода на пенсию.

Кроме указанных выше, существуют и другие виды депривации. Например, с двигательной депривацией человек сталкивается тогда, когда есть ограничения в движениях. Она может возникать в результате травмы, болезни или в других случаях. Такая депривация не является непосредственно психической, но оказывает тем не менее сильное воздействие на психическое состояние человека. Данный факт был неоднократно зафиксирован при проведении соответствующих экспериментов. Двигательная депривация влияет и на психическое развитие.

Помимо видов, существуют и различные виды форм проявления деприваций. Различают явную и скрытую депривации.

Явная депривация носит очевидный характер: пребывание человека в условиях социальной изоляции, длительное одиночество или воспитание ребенка в детском доме. В культурном понимании это видимое отклонение от нормы. Скрытая депривация не так очевидна. Она возникает при внешне благоприятных условиях, которые, в свою очередь не дают возможности удовлетворения значимых для человека потребностей. Таким образом, депривация представляет собой сложное, многоаспектное явление, имеющее отношение к различным сферам человеческой жизни.

Проявления психической депривации могут проявляться от легких странностей до очень грубых поражении развития интеллекта и характера.

Психологи выделяю характерные особенности депривированных детей. Депривированный ребенок отличается также запаздыванием развития социальных и гигиенических навыков, при создании которых необходим тесный контакт ребенка и взрослого (соблюдение телесной чистоты, одевание, остальное самообслуживание, выражение собственных пожелании и т. п.). Наконец, мы наблюдаем у таких детей в дошкольном возрасте также бросающееся в глаза запаздывание развития тонкой моторики, которая обычно находится в контрасте с почти соответствующим уровнем грубой моторики. Развитие адаптивных функций (перцепция, манипуляция предметами, игра, применение инструментов, приспосабливание к ситуации с заданиями и вообще проявления практического интеллекта) держатся обычно на среднем уровне, так что его можно использовать в целях оценки действительных способностей ребенка. У детей старшего возраста, страдающих депривацией, в испытаниях интеллекта при общей более низкой продуктивности отмечается сходная неравномерность с явным преобладанием практического компонента над словесно-понятийным.

Депривированный ребенок отличается явными недостатками в испытаниях понятийных и по знаниям, в социальной информированности, а также в практических суждениях и оценках. Такие дети не умеют работать самостоятельно, его рассеивают побочные раздражители, однако у него можно относительно быстро проводить рабочую выучку. Они приспосабливаются к заданиям и довольно равномерно работают под прямым руководством. Таким образом, оценка детей из учреждений посредством вербальных тестов уровня интеллекта должна неизбежно искажать картину их умственных возможностей.

Исправление последствий депривации всё же возможно, это доказывают многочисленные исследования психологов. Чем полнее педагог-психолог познаёт ребенка, тем глубже будут воздействовать исправительные мероприятия, а чем раньше их предпринять, тем больше  будет надежды на успех.

К основным методам устранения последствий психической депривации относится реактивация. Суть реактивации заключается в следующем: если ранняя депривация вызвала нарушения на уровне основной активности психических процессов, ребенку следует обеспечить поступление достаточного количества стимулов из окружающей среды. С методологической точки зрения здесь была бы уместна адаптационная терапия, включающая также фармакологическое воздействие на активационный уровень центральной нервной системы ребенка. Сюда относится и обеспечение условий для развития моторики и нормальной функции органов чувств.

Второй метод устранения последствий психической депривации – это редидактивное учение. Некоторые последствия депривации можно, по-видимому, устранить путем «переучивания». Ребенок получает избранные и дозированные стимулы, укрепляющие желаемое поведение. Дело касается создания новых, более целесообразных навыков, вместо прежних, непригодных, представляющих здесь «признаки деривационного поражения».

Следующий метод устранения последствий депривации —  реэдукация.  Многие исследователи считают, что некоторые нарушения можно исправлять, прежде всего, упорядочением отношений ребенка ко всему социальному и происходящему вокруг него. Необходимо по-новому формировать свойства характера ребенка и преобразовать его характер.

Ещё один метод устранения последствий депривации называется ресоциализация. Восстановление утраченных ценностей и ролей, переобучение, возвращение к нормальному образу жизни называется ресоциализацией. В этом методе преобладает самостоятельный анализ и оценка внешних социальных условий, событий, а также самовоспитание.

Практикующие психологи говорят о том, что перевоспитание и лечение  детей, которые подверглись психической депривации,  дело очень сложное, продолжительное и предъявляющее значительные требования. Из этого следует, что предупреждение депривации является не только более действенным, но и более экономным методом, так что главные усилия следует направлять на практике именно в этом направлении.

Очень важно вести просветительскую работу в сфере профилактики депривации. Просвещение в области депривации может ознакомить широкую общественность с основными нуждами ребенка, с взаимосвязью между удовлетворением этих нужд и жизнью семьи, а также с ценностью здорового развития ребенка для общества. Ведущей задачей просвещения в данной области является указание путей, с помощью которых можно согласовать потребности развивающегося ребенка с потребностями развивающегося общества в данных условиях.

ЛИТЕРАТУРА:

  1. Бережнова Л. Н. Предупреждение депривации в образовательном процессе. – СПб.: Изд-во РГПУ им. А. И. Герцена, 2000
  2. Выготский Л.С. Психология развития ребенка.-М.: Изд-во Смысл, Изд-во «Эксмо», 2004
  3. Гаврилушкина О.П., Соколова Н.Д. Воспитание и обучение умственно отсталых дошкольников. Кн. для воспитателя. — М.: Просвещение, 1985
  4. Психическая депривация: Хрестоматия / Сост. Н. Н. Крыгина. – Магнитогорск: Изд-во МаГУ, 2003
  5. Психологический словарь / Под ред. В. П. Зинченко, Б. Г. Мещерякова. – М.: Педагогика-Пресс, 2001
  6. Раттер М. Помощь трудным детям.- М.: Изд-во «Прогресс», 1987

Депривация — Психологос

Депривация — лишение человека тех обстоятельств жизни, к которым человек привык с детства, как жизненно необходимым, а также состояние человека при невозможности удовлетворения таких витальных потребностей.

Английский глагол to deprive означает лишить, отнять, отобрать, причем с сильным негативным акцентом — когда имеют в виду не просто забрать, а лишить чего-то важного, ценного, необходимого.

Пищевая депривация — принудительное голодание, двигательная депривация — лишение возможности двигаться и т.п. Когда о депривации говорят психологи, они чаще всего имеют в виду недостаток сенсорных и социальных стимулов, лишение человека социальных контактов и живых впечатлений.

Влияние депривации на взрослых людей


Депривация депривации рознь. Если лишение возможности пользоваться мобильником здоровью не вредит, то длительное лишение человека сна реально опасно для здоровья. Принудительное сокращение сна по сравнению с необходимой для данного человека нормой вызывает снижение рационального, волевого контроля за своими мыслительными процессами, утрату критичности по отношению к воспринимаемым внешним стимулам и возникновение зрительных и слуховых галлюцинаций. Депривацию сна ранее нередко использовали в тюрьмах в отношении заключенных до пор, пока это официально не было признано пыткой и стало запрещено.

Для обычного человека практически любая депривация — это неприятность. Никому не хочется вдруг лишиться пищи, сна, возможности двигаться и других жизненно необходимых вещей, к которым мы привыкли. Депривация — это лишение, и если это бессмысленное лишение несет тревогу, люди депривацию переживают тяжело.

Особенно ярко это проявилось в экспериментах по сенсорной депривации. В середине XX века исследователи из американского университета Мак-Гилла предлагали добровольцам пробыть как можно дольше в специальной камере, где они были максимально ограждены от внешних раздражителей. Испытуемые находились в лежачем положении в небольшом замкнутом помещении; все звуки покрывались монотонным гулом мотора кондиционера; руки испытуемых были вставлены в картонные муфты, а затемненные очки пропускали только слабый рассеянный свет. За пребывание в таком состоянии полагалась довольно приличная повременная оплата. Казалось бы — лежи себе в полном покое и подсчитывай, как без всяких усилий с твоей стороны наполняется твой кошелек. Ученых поразил тот факт, что большинство испытуемых оказались неспособны выдержать такие условия дольше 3 дней. В чем же дело?

Сознание, лишенное привычной внешней стимуляции, вынуждено было обратиться «внутрь», а оттуда начинали всплывать самые причудливые, невероятные образы и псевдоощущения, которые нельзя было определить иначе как галлюцинации. Сами испытуемые ничего приятного в этом не находили, даже пугались этих переживаний и требовали прекратить эксперимент. Из этого ученые сделали вывод, что сенсорная стимуляция жизненно важна для нормального функционирования сознания, а сенсорная депривация — верный путь к деградации мыслительных процессов и самой личности.

Нарушение памяти, внимания и мышления, нарушение ритма сна и бодрствования, тревожность, резкая смена настроения от депрессии до эйфории и обратно, неспособность отличать реальность от частых галлюцинаций — все это описывалось как неизбежные последствия сенсорной депривации. Об этом стали широко писать в популярной литературе, в это почти поверили практически все.

Позже оказалось, что все сложнее и интереснее.

Все определяет не сам факт депривации, а отношение человека к этому факту. Сама по себе депривация взрослому человеку не страшна — это просто изменение условий внешней среды, а человеческий организм может к этому приспосабливаться, осуществляя перестройку функционирования. Пищевая депривация вовсе не обязательно сопровождается страданиями, начинают страдать от голодания только те, кто к этому не привык и для кого это насильственная процедура. Те, кто сознательно практикует лечебное голодание, знают, что уже на третий день в организме возникает ощущение легкости, и подготовленные люди даже десятидневное голодание переносят легко.

То же касается и сенсорной депривации. Ученый Джон Лилли испытывал действие сенсорной депривации на самом себе, проделывал это даже в еще более усложненных условиях. Он находился в непроницаемой камере, где был погружен в солевой раствор с температурой, близкой к температуре тела, так что был лишен даже температурных и гравитационных ощущений. Естественным образом начали возникать причудливые образы и неожиданные псевдоощущения, как и у испытуемых из университета Мак-Гилла. Однако к своим ощущениям Лилли подошел с иной установкой. По его мнению, дискомфорт возникает вследствие того, что человек воспринимает иллюзии и галлюцинации как нечто патологическое, а потому пугается их и стремится вернуться в нормальное состояние сознания. А для Джона Лилли это были просто исследования, он с интересом изучал появляющиеся у него образы и ощущения, вследствие чего никакого дискомфорта во время сенсорной депривации не испытывал. Более того, ему это настолько понравилось, что он стал погружаться в эти ощущения и фантазии, стимулируя их возникновение наркотиками. Собственно, на основании этих его фантазий во многом был выстроен фундамент трансперсональной психологии, изложенный в книге С. Грофа «Путешествие в поисках себя».

Влияние депривации на развитие ребенка


Длительная депривация в жизни ребенка задерживает его развитие. Недостаток сенсорных и социальных стимулов в процессе развития ребенка приводит к замедлению и искажению эмоционального и интеллектуального развития ребенка. Данный феномен был описан еще Я. А. Коменским, позднее — Ж. Итаром (воспитателем «дикого мальчика из Авейрона»), в XX в. — А. Гезеллом, анализировавшим современные попытки воспитания детей, в силу экстремальных обстоятельств долгое время оторванных от социума. Всемирную известность приобрели проведенные в 40-х гг. XX в. исследования детей в неблагоприятных условиях интернатных учреждений (Дж. Боулби, Р. Спиц). Согласно Лангмейеру и Матейчеку (Й. Лангмейер, 3. Матейчека «Психическая депривация в детском возрасте»), для полноценного развития ребенка необходимы:

  1. Многообразные стимулы разной модальности (зрительные, слуховые и пр.), их недостаток вызывает стимульную (сенсорную) депривацию.
  2. Удовлетворительные условия для учения и приобретения различных навыков; хаотичная структура внешней среды, которая не дает возможности понимать, предвосхищать и регулировать происходящее извне, вызывает когнитивную депривацию.
  3. Социальные контакты (со взрослыми, прежде всего с матерью), обеспечивающие формирование личности, их недостаток ведет к эмоциональной депривации.
  4. Возможность осуществления общественной самореализации посредством усвоения социальных ролей, приобщения к общественным целям и ценностям; ограничение этой возможности вызывает социальную депривацию.

Выраженный эффект замедления и искажения развития детей вследствия той или иной формы депривации получил название госпитализма.

Саша Фокин много общается с компьютером. Может быть, немного депривации игр ему не помешает?
скачать видео

С другой стороны, некоторые формы депривации детям могут быть скорее полезны, поскольку не любые живые впечатления помогают его росту и взрослению, не всякая социальная среда работает на приобщение ребенка к высокой культуре. Есть наблюдения, что длительная (от года до двух лет) болезнь ребенка в период от 10 до 14 лет способствовала развитию и взрослению ребенка, поскольку охраняла от пустого трепа и глупых, а то и опасных увлечений, распространенных в средних во всех отношениях школах. Возможность почитать хорошую литературу и побыть в одиночестве, наедине с собой, своими мыслями и хорошими авторами, делала ребенка более глубоким и чистым человеком. Альберт Лиханов называет депривацией этап своей жизни, когда он был изолирован от подростковой среды, наполненной грубостью и матом. Да, вследствие этого он оказался матерно недоразвит и был вынужден «догонять» своих сверстников, но правда ли является благом для подростка умение материться? Можно спорить, называть ли депривацией лишение подростков возможности погружаться в мир компьютерных игр, но умные родители от компьютерных игр своих детей ограждают. По крайней мере, ограничивают на это время, привлекая к другим делам, чтобы дети не превращались в чудовищ по типу Саши Фокина.


Проблемы с сенсорной обработкой у детей

Проблемы с сенсорной обработкой часто впервые обнаруживаются в раннем детстве, когда родители замечают, что у ребенка необычное отвращение к шуму, свету, обуви, которая считается слишком тесной, и раздражающей одежде. Они также могут замечать неуклюжесть и затруднения при подъеме по лестнице, а также трудности с мелкой моторикой, например, владением карандашом и застегиванием кнопок.

Еще больше сбивает с толку и тревожит родителей дети, которые демонстрируют экстремальное поведение:

  • Крики, если их лица промокают
  • Закидываются истерики, когда вы пытаетесь их одеть
  • Имея необычно высокий или низкий болевой порог
  • Сбой в стены и даже в людей
  • Бросать в рот несъедобные вещи, в том числе камни и краску

Эти и другие нетипичные формы поведения могут отражать проблемы с сенсорной обработкой — сложность интеграции информации, полученной от органов чувств, которая может подавлять детей и приводить к сбиванию с толку.Родители детей с этими проблемами часто называют это расстройством сенсорной обработки или СПЛ. Однако психиатры сразу же отмечают, что ШРЛ не признано расстройством в Диагностическом и статистическом руководстве.

Проблемы с обработкой сенсорной информации теперь считаются симптомом аутизма, потому что большинство детей и взрослых в спектре аутизма также имеют серьезные сенсорные проблемы. Тем не менее, многие дети с сенсорными проблемами не входят в спектр. Их также можно найти у людей с СДВГ, ОКР и другими задержками в развитии — или вообще без другого диагноза.

Драматические перепады настроения и истерики

В первую очередь родители часто замечают странное поведение и резкие перепады настроения, в лучшем случае странные, в худшем — расстраивающие. Часто это чрезмерная реакция на изменение окружающей среды — радикальный, необъяснимый сдвиг в поведении ребенка.

Например, первоклассник может хорошо справиться в тихой обстановке со спокойным взрослым. Но поместите этого ребенка в продуктовый магазин, наполненный перегрузкой зрительной и слуховой стимуляции, и у вас может возникнуть крайняя истерика, ужасающая как для ребенка, так и для родителей.

«Истерики у этих детей настолько сильны, так продолжительны, их невозможно остановить, когда они начались, вы просто не можете их игнорировать», — отмечает Нэнси Песке, чей сын Коул борется с сенсорными проблемами. Песке является соавтором трудотерапевта Линдси Биль, работавшей с Коулом, книги «Как воспитывать сенсорно умного ребенка» .

Драка или бегство

Еще одна реакция на поражение — бежать. Если ребенок выбегает через детскую площадку или парковку, не обращая внимания на опасность, Песке говорит, что это большой красный флаг, что он может уйти от чего-то неприятного, что может быть неочевидно для остальных из нас, или к окружающей среде или ощущение, которое успокоит его систему.По ее словам, ребенок может стать агрессивным при сенсорной перегрузке. «У них на самом деле неврологическая« паническая »реакция на повседневные ощущения, которые остальные из нас принимают как должное».

Известно, что некоторые дети с аутизмом бредут к воде, что слишком часто приводит к смертельным исходам. Одна из теорий заключается в том, что вода дает им необходимую информацию из-за сенсорных проблем. «Не все сенсорные дети делают это, — говорит Песке, — но большинство тяготеют к ощущениям и окружающей среде, которые они находят успокаивающими или стимулирующими. Их саморегуляция невелика, поэтому безопасность отходит на второй план по сравнению с их потребностью в получении этой информации или этого успокаивающего опыта пребывания в воде.”

Дети, подростки и взрослые с сенсорными проблемами испытывают либо чрезмерную чувствительность (гиперчувствительность), либо недостаточную чувствительность (пониженную чувствительность).

Какие проблемы с сенсорной обработкой?

Трудности сенсорной обработки были впервые выявлены эрготерапевтом доктором А. Джин Эйрес. В 1970-х годах доктор Эйрес представил идею о том, что мозг некоторых людей не может делать то, что большинство людей считает само собой разумеющимся: обрабатывать всю информацию, поступающую через семь — а не традиционные пять — органов чувств, чтобы обеспечить четкую картину происходящего. как внутри, так и снаружи.

Наряду с осязанием, слухом, вкусом, обонянием и зрением доктор Эйрес добавил «внутренние» ощущения телесного осознания (проприоцепция) и движения (вестибулярные). Когда мозг не может синтезировать всю эту информацию, поступающую одновременно, «это похоже на пробку в вашей голове, — говорит Песке, — с конфликтующими сигналами, быстро исходящими со всех сторон, так что вы не знаете, как понять все это.»

Что это за два «дополнительных» чувства в работе доктора Эйреса?

Внутренние органы чувств

Проприоцептивные рецепторы расположены в суставах и связках, что позволяет управлять моторикой и позой.Проприоцептивная система сообщает мозгу, где находится тело по отношению к другим объектам и как двигаться.

Гипочувствительные дети жаждут чего-либо; они любят прыжки, удары и столкновения, а также глубокое давление, такое как крепкие медвежьи объятия.

Если они сверхчувствительны, им трудно понять, где находится их тело по отношению к другим объектам, и они могут натыкаться на предметы и казаться неуклюжими; поскольку им сложно определить прилагаемую силу, они могут рвать бумагу при стирании, зажимать слишком сильно или швырять предметы.

Вестибулярные рецепторы, расположенные во внутреннем ухе, сообщают мозгу, где находится тело в пространстве, предоставляя информацию, связанную с движением и положением головы. Среди прочего, это ключевые элементы баланса и координации.

Люди с пониженной чувствительностью находятся в постоянном движении; жаждут быстрых, вращающихся и / или интенсивных движений и любят подбрасывать в воздух и прыгать на мебели и батутах.

Люди с повышенной чувствительностью могут бояться действий, требующих хорошего баланса, включая лазание на игровом оборудовании, катание на велосипеде или балансировку на одной ноге, особенно с закрытыми глазами.Они тоже могут показаться неуклюжими.

Сенсорный контрольный список

Чтобы помочь родителям определить, указывает ли поведение их ребенка на серьезные сенсорные проблемы, Песке и Биль создали подробный сенсорный контрольный список, охватывающий реакции на все типы входных данных, от ходьбы босиком до обоняния предметов, которые не еда, а также вопросы, связанные с мелкой и крупной моторикой, такие как использование ножниц (мелкие) и ловля мяча (грубые).

Список для младенцев и детей ясельного возраста включает сопротивление объятиям, вплоть до выгибания во время удержания, что может быть связано с ощущением реальной боли при прикосновении.В дошкольных учреждениях чрезмерно возбужденное детское беспокойство может привести к частым или длительным истерикам.

Гипочувствительные старшеклассники могут демонстрировать «негативное поведение», в том числе то, что выглядит как гиперактивность, хотя на самом деле они ищут поддержки. Сверхчувствительные избегают; это может привести к отказу от чистки зубов или раскрашивания лица. Что еще более усложняет ситуацию, дети могут быть как ищущими, так и избегающими, и иметь как проприоцептивные, так и вестибулярные проблемы, а также проблемы, связанные с традиционными пятью чувствами.

Неправильно истолкованное поведение

Песке резюмирует то, как сенсорные проблемы могут влиять на детей следующим образом:

«Если вы ребенок, который чрезмерно чувствителен к определенным ощущениям, вы не только будете тревожным или раздражительным, даже злым. или боязливым, вас, вероятно, назовут «придирчивым» и «сверхчувствительным». Если вы спешите прочь из-за беспокойства или чрезмерной стимуляции и не используете свою исполнительную функцию должным образом, потому что ваше тело имеет такую ​​сильную потребность в уйди, ты импульсивный.«Если у вас проблемы с планированием и выполнением движений из-за плохой осознанности тела и плохой организации моторных областей мозга, — добавляет она, — вы« неуклюжий ». Потому что вас отвлекают сенсорные проблемы и попытки Чтобы разобраться во всем этом, у вас может быть задержка в развитии в некотором роде, что сделает вас немного «незрелым» или молодым для вашего возраста ».

В этой неразберихе многие родители могут с облегчением распознать, что может вызывать в противном случае необъяснимое поведение.«Когда я описываю сенсорные проблемы родителям, у которых они есть у детей, — говорит Песке, — обычная реакция -« О, черт возьми, вот и все! »Они пытались указать на« это »в течение многих месяцев, даже годы! Чувство облегчения от того, что они наконец узнали, что это такое, огромно ».

Расстройство обработки сенсорной информации: причины, симптомы и лечение

Расстройство обработки сенсорной информации — это состояние, при котором мозг не может получать информацию, поступающую через органы чувств, и реагировать на нее.

Ранее называвшаяся дисфункцией сенсорной интеграции, в настоящее время не признается как отдельный медицинский диагноз.

Некоторые люди с расстройством обработки сенсорной информации чрезмерно чувствительны к окружающим предметам. Обычные звуки могут быть болезненными или подавляющими. Легкое прикосновение к рубашке может натереть кожу.

Другие люди с расстройством сенсорной обработки могут:

  • быть нескоординированными
  • натыкаться на вещи
  • быть не в состоянии определить, где в пространстве находятся их конечности
  • быть трудными в разговоре или игре

обычно выявляются проблемы с сенсорной обработкой у детей.Но они также могут повлиять на взрослых. Проблемы с обработкой сенсорной информации обычно наблюдаются при нарушениях развития, таких как расстройство аутистического спектра.

Расстройство обработки сенсорной информации не считается самостоятельным расстройством. Но многие эксперты считают, что это должно измениться.

Симптомы расстройства сенсорной обработки

Расстройство сенсорной обработки может влиять на одно чувство, например слух, осязание или вкус. Или это может повлиять на несколько чувств. И люди могут чрезмерно или недостаточно реагировать на то, с чем у них возникают трудности.

Продолжение

Как и многие другие болезни, симптомы нарушения обработки сенсорной информации различаются по спектру.

У некоторых детей, например, звук выдувания листьев за окном может вызвать рвоту или нырнуть под стол. При прикосновении они могут кричать. Они могут оттолкнуться от текстуры некоторых продуктов.

Но другие, кажется, не реагируют ни на что вокруг. Они могут не реагировать на сильную жару, холод или даже боль.

Многие дети с расстройством обработки сенсорной информации начинали суетливыми младенцами, которые становились тревожными с возрастом.Эти дети часто плохо переносят перемены. У них часто случаются истерики или истерики.

У многих детей время от времени появляются подобные симптомы. Но терапевты рассматривают диагноз нарушения обработки сенсорной информации, когда симптомы становятся достаточно серьезными, чтобы повлиять на нормальное функционирование и нарушить повседневную жизнь.

Причины нарушения сенсорной обработки

Точная причина проблем сенсорной обработки не установлена. Но исследование близнецов 2006 года показало, что гиперчувствительность к свету и звуку может иметь сильный генетический компонент.

Продолжение

Другие эксперименты показали, что у детей с проблемами обработки сенсорной информации наблюдается аномальная мозговая активность, когда они одновременно подвергаются воздействию света и звука.

Другие эксперименты показали, что дети с проблемами сенсорной обработки будут продолжать сильно реагировать на удар руки или громкий звук, в то время как другие дети быстро привыкают к ощущениям.

Лечение расстройства обработки сенсорной информации

Многие семьи с пострадавшим ребенком считают, что им трудно получить помощь.Это потому, что в настоящее время расстройство обработки сенсорной информации не является признанным медицинским диагнозом.

Несмотря на отсутствие общепринятых диагностических критериев, эрготерапевты обычно наблюдают и лечат детей и взрослых с проблемами обработки сенсорной информации.

Лечение зависит от индивидуальных потребностей ребенка. Но в целом это включает в себя помощь детям в занятиях, которые они обычно не умеют делать, и помогает им привыкнуть к вещам, которые они терпеть не могут.

Лечение проблем с сенсорной обработкой называется сенсорной интеграцией.Цель сенсорной интеграции состоит в том, чтобы весело и в игровой форме бросить вызов ребенку, чтобы он научился правильно реагировать и функционировать более нормально.

Продолжение

Один из видов терапии называется моделью развития, индивидуальных различий и отношений (DIR). Терапия была разработана Стэнли Гринспеном, доктором медицины, и Сереной Видер, доктором философии.

Большую часть этой терапии составляет метод «время от пола». Метод предполагает несколько игровых сессий с ребенком и родителем.Сеансы игры длятся около 20 минут.

Во время занятий родителей сначала просят следовать за ребенком, даже если его поведение во время игры не является типичным. Например, если ребенок снова и снова трет одно и то же место на полу, родитель делает то же самое. Эти действия позволяют родителю «войти» в мир ребенка.

За этим следует второй этап, на котором родители используют игровые занятия, чтобы создавать задачи для ребенка. Проблемы помогают втянуть ребенка в то, что Гринспен называет «общим» с родителем миром.И проблемы создают возможности для ребенка овладеть важными навыками в таких областях, как:

  • Связь
  • Общение
  • Мышление
Продолжение

Занятия адаптированы к потребностям ребенка. Например, если ребенок склонен недостаточно реагировать на прикосновения и звуки, родитель должен быть очень энергичным во время второй фазы игровых сессий. Если ребенок склонен слишком остро реагировать на прикосновения и звуки, родителям нужно будет больше успокаивать.

Эти взаимодействия помогут ребенку двигаться вперед и, по мнению DIR-терапевтов, помогут с сенсорными проблемами.

Сенсорная депривация и развивающийся мозг — Kindred Media

Рост мозга и все, что подразумевается под этим, «зависит от опыта». Исследования последнего десятилетия показывают обратную динамику между мозгом и окружающей средой. Измените среду, и вы измените мозг. Я знаю, что это громкое заявление, но это правда.

В течение миллионов лет естественная среда вызывала наибольший рост мозга по мере того, как все более сложные существа адаптировались к этой среде.За последние 50 000 лет человеческая адаптация изменила окружающую среду. Сегодня таяние полярных льдов и массовое вымирание видов на всей планете демонстрируют, как изменения в человеческом мозге влияют на окружающую среду. Окружающая среда и мозг не независимы. Это две стороны одной медали.

Эта взаимная динамика развивается, когда миллионы датчиков глубоко внутри и покрывают поверхность тела, контактируют с окружающей средой, и абстрактное значение формирует сенсорную информацию, собираемую момент за моментом.Структура каждой основной системы мозга задана генетически. Однако то, как каждый из них развивается, определяется адаптацией к сенсорным, эмоциональным, а затем и к абстрактным символическим «переживаниям».

Легко понять, насколько свежие, цельные, органические продукты питают клетки нашего тела, как солнце, богатая почва и дождь питают растения. То же самое и со всеми чувствами, осязанием, движением, зрением, слухом, вкусом и обонянием. Природа, качество, наличие или отсутствие каждого ощущения представляют собой питательные вещества для развивающегося мозга.

Наше тело было посажено и развивалось в богатой мультисенсорной природной среде, и мы ожидаем, что оно получит богатый мультисенсорный опыт. Сенсорная депривация, то есть ограничение, уменьшение или устранение в целом качества и / или количества одного или нескольких сенсорных ощущений на очень раннем этапе жизни, когда мозг закладывает основу для жизни, может изменить основные паттерны, которые мозг будет использовать на протяжении всей жизни. .

Еще в 1960-х годах эта взаимная взаимосвязь между мозгом и окружающей средой была изучена в лаборатории путем наблюдения за влиянием сенсорной депривации на развивающийся мозг.Знаменитые исследования Гарри Харлоу о разделении матери и ребенка положили начало целому ряду исследований, изучающих, как сенсорные ощущения способствуют или замедляют рост и развитие мозга.

Интимный телесный контакт, кормление грудью, удержание на руках, движения и нежная игра, естественно, являются постоянным источником мультисенсорного опыта, способствующего развитию. С этой точки зрения отказ от грудного вскармливания, отсутствие контакта кожи с кожей, отсутствие на руках, отсутствие движений и нежных игр являются формами сенсорной депривации, которые столь же разрушительны, как постоянная диета с нездоровой пищей или отсутствие солнечного света для очень новых и быстро развивающийся человек.

Во многих отношениях наш современный образ жизни и мир лишены прикосновений и движений, что имеет решающее значение для здорового и целостного развития. Один пример, а их много, Всемирная организация здравоохранения рекомендует кормить грудью в течение двух с половиной лет или дольше, чего практически не существует в промышленно развитых странах.

Да, некоторые женщины кормят грудью, но очень немногие в течение двенадцати месяцев или дольше. Больше всего не осознают, что удовольствие, получаемое от безопасной интимной соматической стимуляции, не менее или более важно, чем витамины и минералы, особенно с учетом раннего развития мозга.

Конечно, хорошее питание важно, но также важны интимный контакт с телом, зрение, запах, вкус, прикосновение, движение и нежная игра. Это сенсорные питательные вещества, которые развивают регулирующие способности лимбического (эмоционального, социального и сексуального) мозга. Отсутствие этих сенсорных питательных веществ в раннем возрасте задерживает полное и комплексное развитие того, что стало называться «эмоциональным интеллектом» на протяжении всей жизни.

Эмоциональный интеллект — это естественное выражение нейроинтегративного мозга, который объединяет и объединяет жизненные переживания, а лимбический (эмоционально-социальный-сексуальный) мозг переплетает их.Было доказано, что лишение мозга необходимых ему сенсорных питательных веществ, опять же в очень раннем возрасте, вызывает необратимые изменения в развитии и функционировании мозга. Если пройти через чувствительное окно для оптимального развития определенных структур, да, повреждение необратимо.

Никто не знает это лучше, чем Джеймс У. Прескотт, доктор философии, исследователь-новатор, который следил за исследованиями мозга и поведения в исследовании Гарри Харлоу, посвященного разделению матери и ребенка (сенсорной депривации). Одним из самых поразительных открытий было то, что движение играло центральную роль в развитии эмоционального, социального и сексуального интеллекта.В возрасте десяти месяцев младенцы, лишенные матери, которые были воспитаны с движущимся суррогатом (пластиковая бутылка, покрытая тканью), имели мало патологий, которые преследовали младенцев, лишенных матери, которые воспитывались с теми же суррогатами, которые были неподвижны. В течение наиболее чувствительного периода роста и развития мозга, примерно до восемнадцатимесячного возраста, движение так же важно, как и правильное питание.

Дефицит внимания, нарушение контроля над импульсами, внезапные вспышки гнева и насилия — все указывает на эмоционально-социально-сексуальный мозг, который не развил способность интегрировать и регулировать сенсорную информацию.Обычно это объясняется неспособностью ранней среды обеспечить богатый мультисенсорный опыт, необходимый мозгу для развития его интеграционной способности. Удовольствие, означающее безопасную интимную игру, является ключом к этому развитию. Удовольствие — это важнейшая и всеобъемлющая область, контекст или катализатор, который формирует биологическую основу эмоционального, социального и сексуального интеллекта.

Исследование

Прескотт снова и снова демонстрирует, что отсутствие (сенсорная депривация) удовольствия наносит больший вред, чем короткие приступы физической боли.Это верхушка айсберга, меняющего культуру, и очень немногие осмеливаются обратиться к ней.

Во время работы над проектом пожизненного архива, который скоро будет выпущен, касающимся сенсорной депривации и развивающегося мозга, я спросил новатора-исследователя Джеймса У. Прескотта, доктора философии, считает ли он, что большинство западных индустриальных культур страдают от ранней сенсорной депривации? «Разве не об этом говорит социальная статистика?» — ответил он.

Кесарево сечение, разлучение при рождении, почти полное отсутствие грудного вскармливания, особенно после первых двенадцати месяцев — все это формы сенсорной и социальной депривации по сравнению с нашей естественной эволюционной историей.

Мы живем по принципу «держи руки при себе — не трогай мир». Многие дети чаще смотрят в глаза телевизионным персонажам, чем их собственные родители. Страхование рисков исключило качели из многих дошкольных учреждений и так называемых детских площадок. Углубления сжимаются. То же самое и уроки рисования и мастерская по дереву. На смену взаимодействию с трехмерным миром природы пришли двухмерные экраны. Рассматривая сенсорное развитие, которое богаче, двухмерное или трехмерное?
Джим прав.

Норма относительна.В краткосрочной перспективе нормальный означает типичный, обычный, средний. С точки зрения человеческого развития нормальное означает типичное или среднее значение за, возможно, миллион лет. С этой более широкой точки зрения сегодняшняя окружающая среда далека от нормальной, далека от здоровой. Посмотрите на детское и взрослое ожирение.

Почему это важно? Потому что ДНК и все, что она производит, использует в качестве основы долгосрочное представление о норме. Во многих отношениях ДНК представляет собой форму памяти, уходящей в прошлое на миллионы лет, поскольку она адаптируется к настоящему моменту.

Джозеф Чилтон Пирс описывает, как у природы есть план развития все более сложных способностей. Начиная с первого деления клетки, цветение нового человека следует плану, временной последовательности, установленной на протяжении тысячелетий. Эмбриология изо дня в день наметила этот развивающийся план в утробе матери, как Пиаже и другие в детстве.

Полный спектр врожденных и скрытых способностей раскрывается в соответствии с этим планом. Весь процесс выращивания нового человека подразумевает взаимную динамику с окружающей средой.В каждом возрасте и на каждой стадии развития предполагается, что окружающая среда обеспечит точный катализ, необходимый для развития текущей стадии, и запустит еще один гигантский шаг вперед по сложности.

Однако для достижения полной функциональности необходимо развивать каждую емкость с ее подразумеваемой структурой. Это приводит к другой центральной теме Пирса, которую он называет «модельным императивом», вторит ему взгляд Брюса Липтона на биологию. Это модель-среда, которая запускает наше развитие и судьбу.

Разработка зависит от опыта, и эта зависимость относится к среде. Неспособность удовлетворить одну или несколько потребностей в любом возрасте или на любом этапе можно сравнить с семенем, которое высаживают в песок, не поливают или помещают в плохой солнечный свет. Когда природный план развития требует стебля или листа, это растение будет делать все возможное, чтобы вырастить то, что необходимо, и будет делать это с помощью разработанных ресурсов.

Растение, оставленное в темноте, даст лист, который будет недоразвитым, маленьким, слабым по сравнению с полностью выращенным растением.То же самое и с развивающимся мозгом и телом ребенка.

Почва, солнце, ветер и дождь — это среда, в которой находится растение. Детей сажают во взрослые и взрослую культуру. Когда растение увядает, мы поливаем почву и тем самым обеспечиваем ему наилучшие условия для роста. Когда развитие ребенка затрудняется, возможно, мы могли бы рассмотреть тот же рецепт, взращивая почву, на которой посажены эти дети, — сосредоточив наше внимание и ресурсы на родителях и людях, которые заботятся о детях.

Причиной жестокого обращения с детьми и безнадзорности являются плохие почвенные условия, а не ростки. Я предпочитаю термин «сенсорная депривация» пренебрежению или жестокому обращению. Жестокое обращение и пренебрежение создают образы раненой психики, преходящие чувства, которые легко игнорировать. Сенсорная депривация конкретнее — голод, недоедание, пытки. Соответствуют ли родители и культура взрослых долгосрочным ожиданиям природы в каждом возрасте и на каждом этапе развития ребенка или нет? Это основной вопрос. Чтобы ответить на этот вопрос, мы должны обратиться к чувствам, и это возвращает нас к исследованиям Джеймса У.Прескотт, доктор философии.
Начиная с 1960-х годов Джим, больше, чем кто-либо из моих знакомых, изучал, как сенсорная депривация влияет на развивающийся мозг в очень раннем возрасте. Именно Гарри Харлоу отделил детенышей обезьян от их матерей при рождении. Он выращивал их в комнатах колонии, где они могли видеть, обонять и слышать других обезьян, но не трогать их. Прикосновение и движение были двумя критическими формами стимуляции, в которых было отказано этим младенцам в наиболее критический период роста и развития мозга.

Вскоре стало очевидно, что младенцы Харроу, лишенные матери, были в высшей степени ненормальными. Развитие замедлилось. Социальное, эмоциональное и половое развитие было задержано. Обезьяны были подавлены, невнимательны, раскачивались стереотипами, занимались членовредительством. Никакого спектакля не было. При прикосновении в десятилетнем возрасте они вели себя так, как будто прикосновение было неприятным, их тела напряглись, оставив зубы. По мере того как прикосновение молоди вызывало вспышки неистовой агрессии. Спаривание и воспитание детей были невозможны.Отсутствие нормального прикосновения и, в частности, движения вызывало необратимые изменения в мозге этих обезьян, лишенных матери. Джим описывает, как это происходит.

Если у нас есть приятная сенсорная стимуляция, то это инграммы мозга, шаблоны, которые будут храниться, и они будут образами удовольствия. Если они болезненны, они будут образами боли. А боль вызывает бурные реакции. Но есть еще кое-что, что вызывает насильственные реакции, а именно отсутствие удовольствия, и это действительно отличается от чувственного события боли, и большинство людей еще не осознают этого различия.И на самом деле, сенсорное лишение удовольствия наносит больший ущерб, чем реальное переживание физической болезненной травмы, с которой, на самом деле, можно довольно хорошо справиться у людей, которые выросли с большой физической привязанностью и привязанностью. удовольствие, которое несет с собой эмоциональное доверие и безопасность и так далее.

Итак, мы действительно должны взглянуть на травму сенсорного лишения физического удовольствия, которая выражается в переживаниях разлуки, переживаниях изоляции младенца от матери, и это только начало.

Интервью с Джеймсом В. Прескоттом, доктором философии

Сенсорное лишение удовольствия причиняет больше вреда, чем реальное переживание физической болезненной травмы. В одном этом предложении содержится ключ к социально-эмоционально-сексуальному развитию в раннем детстве и ко всему, что строится на этом раннем фундаменте.

Джозеф Чилтон Пирс, Джеймс у. Мы с Прескоттом написали эссе «Узы удовольствия». В нем мы описываем важную роль удовольствия в формировании и закреплении прочных связей в детстве и у взрослых.

Боль предупреждает нас об опасности, избегая того, что вредно. Удовольствие привлекает нас к тому, что дает нам заботу, к поискам хорошего. Развивающийся мозг должен испытывать удовольствие и счастье, если мы хотим объединить ощущения, связанные с обучением и социальной адаптацией. У ребенка, лишенного удовольствия и счастья, развивается нейродиссоциативный мозг, который скорее фрагментирует, чем интегрирует опыт.

Эта интегративная природа удовольствия и диссоциативный эффект боли были продемонстрированы много лет назад, когда новорожденных обезьян отделяли от своих матерей и выращивали изолированно.Системы боли и удовольствия этих обезьян, лишенных матери, были нарушены, в результате чего созревающие молодые и взрослые особи компенсировали свою раннюю потерю чувствительности суперсенсорной стимуляцией, то есть хроническим прикосновением, стереотипным покачиванием, гиперактивностью, дефицитом внимания, отвращением к прикосновениям (гиперреактивностью). и членовредительство (нарушение восприятия боли) — все виды поведения, имеющие четкие параллели у многих современных детей и взрослых.
(См. Полное эссе на www.ttfuture.org)

Что лучше с точки зрения сенсорного опыта: прижатие к груди матери или сосание искусственной смеси из пластиковой бутылки? В пластиковой коляске или на плечах папы? Копать яму в Китай на заднем дворе или смотреть канал Диснея? Лего или строительство клуба из древесных отходов? Ловля лягушек в канаве на улице или The World of War Craft? Сборные игры по соседству или Маленькая лига, организованная взрослыми? День за днем, ощущение за ощущением, полный спектр ощущений, предлагаемых естественным трехмерным миром, заменяется подделками, лишенными сенсорных ощущений.

Нейт Джонс, специалист по гонкам Формулы-1, начал замечать, что мальчики, приходившие работать в его мастерскую в начале 1980-х, были физически и образно неуклюжими по сравнению с каждым поколением, которое приходило к нему раньше. Он не мог понять, почему, но потом его осенило, что каталитические преобразователи поразили автомобильную промышленность в том же году, когда Nintendo ударила по мальчикам-подросткам.
Внезапно автомобили стали слишком сложными для работы дома, поэтому дети перестали работать в трехмерном пространстве и посвятили свое время развитию двумерным экранам.Что сложнее — двухмерное или трехмерное?

Гипотеза

Нейта была подтверждена новой книгой невролога из Стэнфордского университета Фрэнка Уилсона «Рука: как ее использование формирует мозг, язык и человеческую культуру». шея. И как развивается эта умственная сила? Играя с трехмерными объектами в детстве.

Франк объясняет, что каждое физическое движение создает внутренний образ положения тела в трехмерном пространстве, форму кинестетического воображения или воплощенного познания, которое мы называем проприоцепцией.К этому воплощенному образному основанию мы позже добавим символические и метафорические формы воображения. Теперь представьте, если вы можете, ребенка с богатой трехмерной сенсорной основой и ребенка, который пропустил или лишился этой трехмерной основы и перескочил вперед к двумерным символическим абстракциям. У кого из этих двух детей вы ожидаете расширить свои способности к критическому и творческому мышлению и решению проблем? Легко — ребенок, который испытал и развил свой мозг в отношении естественного трехмерного мира.

Важная связь между сенсорной стимуляцией, которая почти всегда включает в себя развитие руки, мозга и творческого мышления, получила дальнейшее подтверждение, когда глава престижной Лаборатории реактивного населения Пасадены прочитал эссе, написанное Нейтом. Он тоже видел ту же физическую и воображаемую неуклюжесть не в молодых автомеханиках, а в лучших университетах нашей страны. Социальные, эмоциональные и творческие способности наших самых одаренных выпускников не соответствовали таковым у более ранних поколений.Эти молодые люди не играли в грязи, не копали в Китай и не ловили лягушек. Вместо этого они устремились к двухмерной абстракции с плоским экраном и тем самым лишили свой ранний мозг критической трехмерной стимуляции, необходимой основы для полного спектра воплощенного когнитивного И символического воображения.

Круг замкнулся. Сенсорное лишение удовольствия может нанести больший ущерб, чем реальное переживание физической болезненной травмы. Ползите, прежде чем идти.Играйте в грязи, стройте замки из песка и дома на деревьях, прежде чем строить ракеты на Марс. Ранний сенсорный мир закладывает шаблоны для всей нашей социальной, эмоциональной и сексуальной жизни. И на этом основании или на его отсутствии покоятся наши мысли, убеждения, наша политика и ценности.

Какие проблемы с обработкой сенсорных данных у детей и как их лечить

Сенсорные проблемы возникают, когда ребенку трудно получать информацию, исходящую от органов чувств, и реагировать на нее. Дети с сенсорными проблемами могут испытывать отвращение ко всему, что вызывает их чувства, например к свету, звуку, прикосновению, вкусу или запаху.

Общие симптомы проблем с сенсорной обработкой могут включать:

  • гиперактивность
  • частое засовывание вещей в рот
  • сопротивление объятиям

К сожалению, мало что известно о сенсорных проблемах или о том, почему одни дети испытывают их, а другие нет. .

Продолжайте читать, чтобы узнать больше о том, что дети делают, если у них сенсорная перегрузка, и что можно сделать, чтобы помочь им обрабатывать сенсорную информацию.

Возможно, вы узнали о пяти чувствах в начальной школе, но на самом деле вы воспринимаете мир более чем пятью чувствами.

Сенсорная обработка делится на восемь основных типов:

  • Проприоцепция. Это ваше «внутреннее» чувство осознания своего тела. Например, это то, что помогает вам поддерживать осанку и контролировать моторику. Это также то, что говорит вам о том, как вы перемещаетесь и занимаетесь пространством.
  • Вестибулярный. Этот термин относится к пространственному распознаванию внутреннего уха. Это то, что держит вас уравновешенным и скоординированным.
  • Перехват. Это ощущение того, что происходит в вашем теле.Лучше всего это можно понять как то, что вы «чувствуете». Это включает в себя то, чувствуете ли вы жар или холод, и чувствуете ли вы свои эмоции.
  • Пять чувств. Наконец, есть 5 общих чувств — осязание, слух, вкус, обоняние и зрение.

Сенсорные проблемы ранее назывались расстройством сенсорной обработки. Однако это расстройство официально не признано в Руководстве по диагностике и статистике психических расстройств, 5-е издание (DSM-5).

Многие врачи и эксперты считают, что сенсорные проблемы — это не собственное расстройство, а компонент другого состояния или расстройства.Это одна из причин, по которой мало что известно об этой проблеме и о том, как лучше ее лечить.

Но то, что известно, может помочь родителям, поставщикам медицинских услуг и другим лицам, обеспечивающим уход, понять опыт своего ребенка и оказать поддержку.

Симптомы проблем с сенсорной обработкой могут зависеть от того, как ребенок обрабатывает ощущения.

Дети, которые легко возбуждаются, могут иметь гиперчувствительность. Дети, которых не так легко стимулировать, испытывают меньше ощущений и обладают пониженной чувствительностью.

Тип чувствительности вашего ребенка может во многом определять его симптомы.

Например, сверхчувствительные дети часто реагируют так, как будто все слишком громко или слишком ярко. Этим детям может быть сложно находиться в шумных комнатах. У них также могут быть побочные реакции на запахи.

Эти чрезмерно большие реакции могут вызвать:

  • низкий болевой порог
  • появление неуклюжих
  • бегство без оглядки на безопасность
  • частое закрытие глаз или ушей
  • привередливые пищевые предпочтения

мир вокруг них.Они могут больше взаимодействовать со своим окружением, чтобы получить сенсорную обратную связь.

На самом деле, это может заставить их казаться гиперактивными, хотя на самом деле они могут просто пытаться активизировать свои чувства.

Симптомы сенсорной пониженной чувствительности
  • высокий болевой порог
  • натыкание на стены
  • прикосновение к предметам
  • сунул что-нибудь в рот
  • медвежьи объятия
  • столкновение с другими людьми или предметами

Непонятно что вызывает сенсорные проблемы у детей.Также неясно, может ли это произойти само по себе.

Некоторые врачи и поставщики медицинских услуг считают, что это симптом другой проблемы, а не ее собственная проблема.

Однако, несмотря на то, что это заболевание не является официальным, некоторые исследования пролили свет на то, у каких детей чаще развиваются сенсорные проблемы и почему.

Исследование близнецов 2006 года показало, что гиперчувствительность к свету и звуку может иметь генетический компонент. Если один из близнецов был чрезмерно чувствителен, шансы были выше, чем у другого.

Это исследование также показало, что дети, испытывающие страх или тревогу, могут проявлять больше сенсорных проблем при работе с тактильными стимулами, такими как причесывание волос.

Помимо возможной связи в генах, сенсорные проблемы могут также чаще возникать у детей, которые родились преждевременно или у которых были родовые осложнения.

Возможная аномальная мозговая активность может изменить то, как мозг реагирует на чувства и раздражители.

Многие врачи не считают, что сенсорные проблемы являются их собственным заболеванием.Но ясно то, что у некоторых людей действительно есть проблемы с обработкой того, что они чувствуют, видят, обоняют, ощущают на вкус или слышат.

В большинстве случаев сенсорные проблемы возникают у детей. Многие из этих детей находятся в спектре аутизма. Взрослые с аутизмом аутизма также могут испытывать сенсорные проблемы.

Другие состояния или расстройства, связанные с сенсорными проблемами, включают:

Задержки в развитии также не редкость у людей с сенсорными проблемами.

Однако важно отметить, что дети с СДВГ испытывают гиперактивность по совершенно другой причине, чем дети с сенсорными проблемами.

Люди с СДВГ могут иметь проблемы с концентрацией внимания или сидением на месте. Людям с сенсорными проблемами может быть сложно усидеть на месте, потому что они жаждут сенсорного взаимодействия с окружающим миром или их беспокоит окружающая среда.

Сенсорные проблемы не являются официальным условием. Это означает, что формальных критериев для постановки диагноза нет.

Вместо этого врачи, педагоги или медицинские работники, работающие с детьми, у которых есть проблемы с обработкой сенсорной информации, отрабатывают то, что они видят в поведении и взаимодействии ребенка.Как правило, эти сенсорные проблемы очень заметны. Это облегчает диагностику.

В некоторых случаях профессионалы могут использовать тесты сенсорной интеграции и праксиса (SIPT) или измерение сенсорной обработки (SPM). Оба этих теста могут помочь медицинским работникам и педагогам лучше понять сенсорное функционирование ребенка.

Когда обращаться к врачу

Если вы подозреваете, что у вашего ребенка сенсорные проблемы, эти признаки могут указывать на то, что пора поговорить с врачом:

  • Поведение мешает повседневной жизни. Когда трудно вести обычный день, симптомы могут быть достаточно серьезными, чтобы их можно было обсудить с врачом.
  • Симптомы принимают драматический оборот. Если вашему неуклюжему ребенку вдруг стало трудно стоять или вообще двигаться, пора обратиться к врачу.
  • Управлять реакциями стало слишком сложно. При сенсорных проблемах нет быстрой помощи. Однако вы можете помочь своему ребенку научиться управлять своим поведением с помощью квалифицированных специалистов.

Стандартного лечения сенсорных проблем не существует. Однако некоторые варианты оказались жизнеспособными.

Эрготерапия

Эрготерапевт может помочь ребенку попрактиковаться или научиться выполнять действия, которых он обычно избегает из-за сенсорных проблем.

Физиотерапия

Физиотерапевт может разработать сенсорную диету. Это режим действий, направленных на утоление тяги к сенсорным входам. Это может включать выполнение прыжков или бег на месте.

Сенсорная интеграционная терапия

Оба этих варианта лечения являются частью сенсорной интеграционной терапии.

Предполагается, что этот подход поможет детям научиться правильно реагировать на свои чувства. Он разработан, чтобы помочь им понять, чем отличается их опыт, чтобы они могли правильно оценить более типичную реакцию.

Хотя есть сообщения о том, что людям помогает терапия сенсорной интеграции, ее эффективность не доказана.

Нет лекарства от сенсорных проблем.Некоторые дети могут испытывать меньше с возрастом, в то время как другие могут просто научиться справляться с переживаниями.

Некоторые врачи не лечат сенсорные проблемы сами по себе, а нацелены на симптомы во время общего лечения диагностированного состояния, такого как расстройство аутистического спектра или СДВГ.

Если вы считаете, что у вашего ребенка проблемы с пониманием того, что он чувствует, и у него нет другого основного заболевания, утвержденные варианты лечения могут быть ограничены.

Поскольку это не считается официальным заболеванием, не все хотят лечить или спекулировать на методах лечения, эффективность которых в изменении поведения не доказана.

Наши чувства многое говорят нам об окружающем мире — от того, как он пахнет, до того, как вы в нем находитесь.

Если вашему ребенку сложно собирать и интерпретировать эти сенсорные сигналы, у него могут быть признаки сенсорных проблем. К ним могут относиться трудности с равновесием и координацией, крик или агрессивность, когда требуется внимание, а также частые прыжки вверх и вниз.

Но лечение, включая трудотерапию, может помочь детям и взрослым с сенсорными проблемами научиться справляться с окружающим миром.Цель лечения — уменьшить чрезмерную реакцию и найти более здоровые выходы для этих сенсорных ощущений.

Невыносимое ощущение бытия

Синди прижимала к груди своего 9-месячного сына Элиаса, когда она и целая комната всей семьи одновременно закричали: «Сюрприз!» ничего не подозревающей тете в день ее рождения. Взрыв, как электрический разряд, пронзил Элиаса. Он плакал час.

Ксандер, выросший в постоянном сенсорном нападении Манхэттена, должен был выходить из поезда каждый раз, когда кто-то с гитарой входил в его вагон метро, ​​чтобы сыграть за мелочь.

У Кэла была более загадочная реакция на раздражители. Его мать, Дженнифер, указывает на окна от пола до потолка в своей гостиной на вершине холма. Крыши, леса и залив Сан-Франциско растягиваются на много миль. Кэлу было 2 года, когда они переехали сюда из маленькой уютной квартиры. «Мы приехали сюда, а Кэл всегда убегал от меня», — вспоминает Дженнифер. «У него внезапно появилось все это пространство и стимул. У него была сенсорная перегрузка ».

Когда Кэл (со своей мамой Дженнифер) впервые переехал в пригород из города, «у него была сенсорная перегрузка», — говорит она.Схема лечения ШРЛ, разработанная неврологом UCSF Элисой Марко, помогает родителям контролировать уровень возбуждения своих детей. Фото: Габриэла Хасбун

Гвозди на классной доске

Элиас, Ксандер и Кэл испытывают крайнюю реактивность на тактильную, слуховую или зрительную стимуляцию — состояние, известное как расстройство обработки сенсорной информации (SPD). Тактильные триггеры, которые мучают детей с СПД, включают бирки на рубашках, шерстяных свитерах, носках или случайную щетку плеча во время дошкольного кружка.Слуховые нарушения включают кофемолку, песню на день рождения — неожиданную или нет — и шумные, хаотично движущиеся игрушки. Визуальные провокации, которые могут вызвать раздражение у детей, включают фильмы IMAX, переполненные стадионы, парковки, даже велосипеды и палатки, свисающие с потолка кемпингового магазина. Общим для всех этих сенсорных входов является их внезапное начало и непредсказуемость, будь то увиденное, услышанное или осязаемое.

Для ребенка из СПД такие переживания — это не просто раздражение, вызванное гвоздями на классной доске. «Как только эти дети смогут двигаться сами по себе, они с криками выбегут из комнаты, когда эти стимулы достигнут их мира», — говорит Элиза Марко, доктор медицины ’00, когнитивный и поведенческий педиатрический невролог в UCSF Benioff Children’s Hospital в Сан-Франциско и член Институт нейронаук UCSF Weill.Возьмем, к примеру, Ксандера, которому сейчас 14 лет. Он предпочел бы, чтобы его пнули на уроке боевых искусств хапкидо, чем дружеские объятия. «Мне физически больно, когда меня обнимают, — говорит он. Это заставляет его маму Джуди, которая любит обниматься, дважды подумать, прежде чем рефлекторно пойти на объятия. А Элиас в возрасте двух лет задерживал дыхание и сидел на дне бассейна — тишина и давление воды были его единственным утешением.

Жизнь в состоянии постоянного бегства, борьбы или замирания в ответ на стимулы — или в постоянном страхе начала этих реакций — сказывается как на детях СДПЛ, так и на их родителях.Расстройство может иметь серьезные разрушительные последствия на всех уровнях. Как родитель, как вы подгузник ребенку, который чувствует себя истертым даже тканевым подгузником? И если вы не можете подгузник ребенку, как вы выходите из дома, не говоря уже о том, чтобы пойти на работу? Как воспитатель дошкольного образования справиться с учеником, который разваливается каждый раз, когда падает блок или ударяется по бубну? И как этот ученик, как вы общаетесь со своими одноклассниками, когда чувствуете, что вынуждены прыгать под стол, чтобы спастись от этого кувырка или ужасающего бубна?

Но несмотря на то, что SPD меняет жизнь детей и семей, затронутых им, это расстройство не включено в Диагностическое и статистическое руководство (DSM), пробный камень врачей для диагностики психических состояний.Профессиональные поиски Марко заключаются в том, чтобы лучше понять генетику и нейронную основу различий в обработке сенсорных данных. Ясно, что сенсорная сверхчувствительность характерна для многих детей с генетическими или психологическими заболеваниями, такими как аутизм и синдром дефицита внимания / гиперактивности (СДВГ). Действительно, дети с ШРЛ часто борются не только с гиперчувствительностью: около 40 процентов детей с диагнозом ШРЛ также страдают дисграфией, что означает, что у них такая плохая мелкомоторная координация, что им трудно писать, а у 40 процентов также есть СДВГ (это не обязательно те же 40 процентов).Хотя Марко не зацикливается на ярлыках, она стремится к лучшему пониманию и лучшей терапевтической поддержке детей с сенсорными проблемами. Она воодушевлена ​​признаками того, что эта область переходит от дебатов о DSM к более генетическому и основанному на симптомах подходу к уходу за такими детьми — в их домах, школах и сообществах.

По словам Марко, который также является адъюнкт-профессором неврологии в UCSF и постоянным выпускником, многие дети из СПД по пути получают ярлык аутизма, который помогает со страховкой.И беспорядки частично совпадают. Почти 90 процентов детей с аутизмом также имеют различия в сенсорной обработке — некоторую недостаточную или чрезмерную реакцию. Однако дети с ШРЛ обычно не проявляют фиксированных интересов, повторяющихся движений и социального безразличия, которые являются признаками аутизма. «Дети с СДПЛ хотят участвовать в жизни общества, они просто не могут этого терпеть», — объясняет Марко.

Диагностические дебаты

В начале своей практики Марко продолжала видеть детей с задержками в развитии; им часто ставили диагноз аутизма.«Я хотел бы спросить этих родителей о судорогах, ходьбе и развитии речи, но они хотели знать, как они должны мыть волосы своих детей, когда они не могут дотронуться до головы, или как они могли бы просто одеть их и за дверь, — вспоминает Марко.

Элиза Марко, Мэриленд ’00. Фото: Елена Жукова

Отчетливый диагноз СПД не бесспорен. Некоторые неврологи и педиатры считают, что ШРЛ указывается именно там, где и должно быть — в разделе аутизма.Другие утверждают, что этого состояния вообще не существует; В течение многих лет врачи связывали СПЛ с неадекватным воспитанием детей. Действительно, у каждого родителя ребенка с СДПЛ есть истории о том, что за его воспитание его осуждали как клиницисты, так и близкие, и незнакомцы. «Я беру Кэла в такие места, как ресторан или вечеринку, где шум возрастает. Он просто теряет его — одновременно взрываясь и взрываясь. Или на стоянке он просто сядет, — говорит Дженнифер. «В этих сценариях мы всегда получаем комментарии, в основном указывающие на то, что мы явно не очень хорошо справляемся со всем этим родительским делом и что с большей дисциплиной и властью его поведение изменится.Честно говоря, я тоже так думал изначально. И моя родительская уверенность пошла под откос ».

Марко считает, что сенсорные различия следует рассматривать как функцию структуры мозга и активности мозга, которая определяется как генетическими факторами, так и факторами окружающей среды.

Неоспоримые доказательства

Практика Марко теперь распространяется на детей из СДПГ, таких как Элиас, Ксандер и Кэл. Она также широко представлена ​​в социальных сетях на странице Facebook, посвященной расстройствам обработки сенсорной информации.Ее вклад находит отклик у 85 000 участников страницы, которые отчаянно нуждаются в ответах о, казалось бы, странной реактивности своих детей. В своей лаборатории она занимается научным подтверждением жизненного опыта пациентов с ШПЛ, определяя уникальную структуру и функции их мозга, а также их различные генетические профили. Марко и ее команда сделали это с большим успехом, используя прорыв в технологиях визуализации и междисциплинарное партнерство.

Первыми научными достижениями ее лаборатории стали статьи, опубликованные в 2013 и 2014 годах радиологом UCSF Пратиком Мукерджи, доктором медицины, доктором философии.В первом Марко и Мукерджи провели исследования мозга детей с ШРЛ, в первую очередь мальчиков, и сравнили их с типично развивающимися мальчиками. У детей с СПД они обнаружили аномальные участки в белом веществе, части мозга, которая важна для восприятия, мышления и обучения. Эти тракты соединяют слуховые, зрительные и тактильные системы, участвующие в сенсорной обработке. Это был первый раз, когда исследователи определили биологическую основу SPD.

Во втором исследовании они сравнили структурные коммуникации в мозге мальчиков с ШРЛ и мальчиков с аутизмом.Они визуализировали связи между нейронами, отслеживая движение воды через белое вещество мозга. Когда молекулы воды движутся в одном направлении, соединения считаются направленными и прочными, в то время как вода, идущая против потока, является признаком неисправных соединений.

Эти дети плохо учатся в школе не из-за того, что их родители плохо справляются с работой, или потому, что они плохие дети. Их мозг устроен иначе.

Элиза Марко, Мэриленд

«Данные были настолько четкими.У детей с разной сенсорной обработкой просто разная степень эффективности связи, особенно в задней части мозга », — говорит Марко. Это исследование было первым, которое показало, что у детей с ШРЛ есть поддающиеся количественной оценке и отчетливые различия в функциях мозга. «Эти дети плохо учатся в школе не из-за того, что их родители плохо работают или потому, что они плохие дети», — говорит Марко. «Их мозг устроен иначе».

Исследования Марко и работа в социальных сетях теперь вооружают родителей, учителей и врачей по всей стране — многие из которых никогда раньше не слышали о СПД — инструментами для диагностики и оказания помощи детям раньше.Эти документы также являются тревожным сигналом для неврологов, педиатров, членов семьи и друзей, которые сомневаются в существовании этого расстройства, — горько-сладкое подтверждение того, что родители детей с СПЛ уже знали. Диагноз, который стоит на твердой научной основе, дает родителям право объяснять, а не извиняться за поведение своих детей. Но что еще более важно, это дает им право прощать себя — говорить: «Я не сумасшедший», как выражается мама Элиаса, Синди. «И это не моя вина».

Каркас из четырех частей

Это научное подтверждение переместило разговор на поиск жизнеспособных методов лечения.Марко разработал систему из четырех частей для построения безопасного и позитивного мира, в котором дети СПД могут процветать. Первые два элемента — контроль окружения детей и возбуждение — помогают родителям понять, как лучше всего структурировать физическое и эмоциональное окружение своих детей. Третий помогает детям научиться более здоровому поведению реактивности с помощью тренировки мозга. Последний помогает детям достичь спокойствия с помощью лекарств, смягчающих удары чрезмерной стимуляции.

Слушайте: Интервью: Элиза Марко о расстройстве обработки сенсорной информации, или SPD

«Во-первых, я рекомендую родителям обратиться к эрготерапевту, — рекомендует Марко, — чтобы он помог им понять, как дома, так и в школе, какие изменения окружающей среды необходимо сделать, чтобы их жизнь стала спокойной и последовательной.Потому что их сбивает с толку нечто новое «. Дома это может быть так же просто, как организовать свою комнату. В школе это может означать, что теннисные мячи кладут на ножки стульев, чтобы они не издавали резких звуков, когда дети в детском саду корчатся.

Некоторые школы более любезны, чем другие, и родители могут столкнуться с этим на собственном горьком опыте. Детей могут попросить покинуть школу, или родители могут их вытащить. «Около 25 процентов детей в моей клинике попадают в независимые школы», — говорит Марко. Кэл участвует в небольшой и очень структурированной программе раннего вмешательства, предлагаемой через систему государственных школ, которая оказалась невероятно эффективной, помогая ему понять ожидания школьной среды.Другие дети из СДПГ, такие как Ксандер и Элиас, обучаются дома либо в Интернете, либо у учителей, которые к ним приходят. Главный вывод Марко о выборе школы заключается в следующем: вы не хотите, чтобы у вашего ребенка был посттравматический стресс из-за того, что школьная среда не может его приспособить. «Независимо от того, есть ли у вашего ребенка 3, 12 или 18 лет, вам нужно, чтобы его самооценка оставалась неизменной», — говорит она.

Ее план лечения также предусматривает здоровую диету без простых сахаров и простых углеводов, регулярный отход ко сну и постоянные физические упражнения, которые помогают контролировать уровень возбуждения детей и родителей.«Если родители вышли из-под контроля, их дети выйдут из-под контроля. В качестве простого начала я предлагаю им сделать 10 глубоких вдохов, если их дети начнут расти ».

Тренировка мозга

Как правило, дети с ШРЛ еженедельно проходят сеансы трудотерапии, нацеленные на развитие крупной моторики, а также мелкой моторики для людей с дисграфией.

«Для меня удивительно видеть, как действительно умные дети с ужасным почерком терпят поражение в школе», — говорит Марко. «На тесте с короткими ответами вы можете знать объемы, но терпеть неудачу, потому что написание единственного предложения — это пытка.”

Neuroscape Lab разрабатывает видеоигры для лечения широкого спектра заболеваний, включая СДВГ, аутизм и нарушения обработки сенсорной информации.

Программы, которые работают над когнитивным контролем или вниманием, также имеют решающее значение для детей с СПЛ, у которых кроме того есть СДВГ. В этом направлении Марко сотрудничал с Хоакином Ангуэрой, доктором философии, директором клинической программы в Neuroscape, центре трансляционной нейробиологии UCSF. Они устраняют недостатки когнитивного контроля с помощью новой игровой платформы под названием Project EVO (разработанной Akili Interactive Labs, стартапом UCSF).В EVO дети проводят персонажа по извилистой дороге, избегая препятствий и отвечая на разноцветные цели. Он разработан, чтобы усилить способность мозга обрабатывать и определять приоритеты мыслей и внешних стимулов, и игра становится сложнее по мере того, как игрок становится в ней лучше. «Игра в EVO действительно повлияла на проблемы невнимательности, которые мы измерили в лаборатории и о которых сообщили родители», — говорит Ангуера, который также является доцентом неврологии и психиатрии. «Мы показали значительное изменение нейронной активности детей.Эти изменения были действительно глубокими, и они сохранялись в течение девяти месяцев после восьминедельного вмешательства ».

Хотя лекарства — это последнее средство, они могут иметь решающее значение. Марко прописывает бета-блокаторы, которые снижают реактивность детей, особенно прикосновения. Для Ксандера это изменило правила игры. «Это действительно помогло», — говорит он. «Я не чувствую почти такой боли, если меня обнимают. Но я все равно никогда не буду обниматься ». Джуди в восторге. «Я помню, как Ксандер говорил, когда был маленьким:« Я хотел бы получить куртку, например, пузырчатую куртку, потому что тогда я мог бы просто ходить, и люди могли бы обнимать или задевать меня, и это не повредило бы ».«Что ж, с этим лекарством он наконец нашел этот уровень защиты».

Новые терапевтические мишени

Ангуера и Марко в настоящее время проводят технико-экономическое обоснование разработки Neuroscape’s Body-Brain Trainer (BBT), видеоигры для детей с СДВГ, у некоторых из которых также есть СПЛ. Чтобы играть в BBT, детей подключают к кардиомонитору и ставят перед телевизором с большим экраном. Затем им предлагается коснуться изображения, которое мигает на экране. «Мы разработали BBT, чтобы увидеть, приводят ли когнитивные и физические тренировки к синергетическому влиянию на познание, так что один плюс один равняется семи в отношении способности к когнитивному контролю», — объясняет Ангуера.Они надеются, что так будет и с детьми с СПД, которые борются с проблемами внимания.

Марко также готово опубликовать исследование с Эллиоттом Шерром, доктором медицины, педиатром-неврологом и постоянным выпускником. В этом исследовании изучали, являются ли гены, участвующие в ШРЛ, такими же или отличными от генов, участвующих в аутизме; нейрогенетики обнаружили 76 генов, которые способствуют аутизму. Марко и Шерр обнаружили, что у детей в клинике Марко наблюдается повышенное количество изменений в этих генах.«И их родители тоже», — добавляет Марко, которому поначалу было неудобно рассказывать родителям об этом открытии. Но оказалось, что мало кто удивился, учитывая собственный жизненный опыт или наблюдения за супругами. «Мы также обнаружили, что 18 процентов наших детей имеют идентифицируемое генетическое различие, отличное от аутизма», — говорит она.

Удалите этот текст и используйте кнопку вставки, чтобы добавить изображение.

Знание структурных, функциональных и генетических основ SPD дает Марко и ее команде как новые терапевтические цели, так и новые способы измерения эффективности их лечения.Ее цель — понять взаимосвязь между различиями в мозге детей с СПЛ и их вегетативной нервной системой — частью нервной системы, которая контролирует дыхание, пищеварение, сердцебиение и реакцию «бей или беги», что у детей с СПЛ , могут чувствовать их состояние покоя.

«Мы уже показали, что всего восемь недель тренировок с EVO могут изменить кольцо нейронов в мозгу», — говорит Марко. «Мозг этих детей постоянно меняется на протяжении всего их детства.Если мы сможем удержать их в позитивном окружении и научить их мозг изменяться в лучшую сторону, мы сможем помочь им адаптироваться ».

Благодаря сочетанию лекарств, онлайн-обучения и глубокой чувствительности к потребностям Ксандера, Джуди помогла ему найти баланс между контролем своего окружения и интеграцией в общество. Он получает образование дома, в темпе и в пространстве, адаптированном к его потребностям, но он общается с единомышленниками на больших организованных встречах. Сейчас он готовится подать заявление в Массачусетский технологический институт.

«Мы застряли в горе: чего ожидать и чего отпустить», — говорит Дженнифер. «Он подружится? Он хочет? Будет ли он счастлив? » Фото: Габриэла Хасбун

Дженнифер и Синди, которые также прекрасно понимают чувствительность своих сыновей, все еще находятся в гуще событий, и их пути вперед менее ясны. Элиас, как и Ксандер, почувствовал большое облегчение от лекарств, которые успокаивают его реактивность. Его тоже учат дома, к нему приходят учителя.Он по-прежнему ищет физического утешения в почти вечном движении. «Однажды утром он проснулся в ужасном настроении, — говорит Синди. Зная, что ему нужно движение, она протянула ему пого-палку и начала считать. Чтобы успокоить его, потребовалось 413 прыжков. Она советует другим родителям: «Единственный способ пережить это — найти другие семьи — я говорю женщин, потому что для меня это были мамы, которые переживают то же самое. Потому что нет ничего лучше дружбы с тем, кто ее понимает ».

Кэлу всего три с половиной года, и он ходит в две разные школы — одну очень структурированную, другую школу Монтессори и более экспериментальную.Все дети Монтессори знают имя Кэла, но он не знает их. Они бегут к нему, и он убегает, притворяясь королем. В эту игру он играет в окружении других детей, но по сути в одиночестве. «Мы застряли в горе: чего ожидать и чего отпустить», — говорит Дженнифер. «Он подружится? Он хочет? Будет ли он счастлив? »

Важность сенсорной стимуляции для младенцев

Детям требуется сенсорная стимуляция соответствующего характера и продолжительности в нужное время, в противном случае они подвергаются высокому риску задержки развития и когнитивных функций.Известно, что это было зарегистрировано у маленьких детей, выросших в детских домах, и у недоношенных детей.

Кредит изображения: Romrodphoto / Shutterstock

Одним из таких сенсорных путей является прикосновение, которое способствует нормальному росту и развитию. Потомки каждого вида, от червей и крыс до людей, демонстрируют положительную реакцию на дополнительные прикосновения.

Все еще продолжаются исследования лучших способов стимулирования прикосновением и другими ощущениями, чтобы способствовать нормализации роста и повысить уровень реакции на мультисенсорные стимулы, особенно у детей, которые были лишены такой стимуляции в раннем детстве.

Мультисенсорная интеграция теперь признана чрезвычайно важной в схеме вещей. Кажется, что он приобретается, но созревает по мере роста, достигая пика в позднем детстве, но со значительными вариациями в зависимости от уровня предыдущего опыта.

Дети с нарушениями психического развития часто имеют нарушенную интеграцию множества сенсорных модальностей и должны быть обучены правильно их воспринимать и интерпретировать.

Отсутствие тактильной стимуляции

Эксперименты на крысах, выращиваемых изолированно, а не под присмотром матери, и с детенышами, выращенными изолированно, но модифицированными короткими сеансами поглаживания, показали, что лишение тактильной стимуляции (вылизывание материнской крысой) вызывает аберрации в поведении лишенных детенышей даже после они стали взрослыми.

Более того, когда эти детеныши сами стали матерями, они не смогли показать полностью материнское поведение по отношению к своим собственным детенышам. Это было замечено у недоношенных детей, содержащихся в инкубаторах в течение первых нескольких недель, лишенных прикосновения, но подвергшихся воздействию звуков и света, не всегда способных соотнести их с источником.

Это может заставить их снова реагировать на социальные и экологические сигналы по мере взросления. С другой стороны, была показана «забота о кенгуру», при которой ребенка переносят на груди лица, осуществляющего уход, кожа к коже в переноске, используя только подгузник, по крайней мере в течение часа каждый день в течение минимум двух недель для получения постоянно улучшающихся результатов как по умственной, так и по физической оценке, которые сохраняются в течение нескольких месяцев после этого.

Отец держит недоношенного ребенка с кислородной маской по методу кенгуру. Кредит изображения: Кристина Бессолова / Shutterstock

Развитие мозга и сенсорная стимуляция

Таким образом, механосенсорная стимуляция очень важна для развития ребенка, и трудно обратить вспять негативные эффекты у человека, который был лишен ее в раннем возрасте.

Исследования показали, что мозг новорожденного развивает 2–3 миллиона синапсов каждую секунду! Эти синапсы прокладывают путь, по которому сенсорные сообщения достигают мозга, и чем больше они используются, тем быстрее они становятся постоянными.Если их не использовать, они могут исчезнуть — явление, называемое сокращением, которое на самом деле предназначено для предотвращения информационной перегрузки путем вырезания нефункциональных путей.

Сенсорная стимуляция жизненно важна для развития этих путей и, таким образом, способствует нормальному развитию. Это также помогает ребенку познавать мир, общаться и формировать привязанность к окружающим людям.

Нормальная материнская стимуляция

В большинстве случаев ежедневные взаимодействия между матерью и ее младенцем вызывают стимуляцию ключевых органов чувств, в основном осязания, а также стимуляцию суставов, слуха, зрения и равновесия.

Согласно исследованиям / данным, ежедневная активность, которая считается наиболее стимулирующей, — это кормление, игра с ребенком, ношение, купание и смена подгузника / одежды являются другими источниками механосенсорной стимуляции.

Изображение предоставлено: Евгений Атаманенко / Shutterstock

Сосание соски-пустышки или другого предмета также полезно с точки зрения стимулирования роста и созревания недоношенных детей. Видно, что такая сосательная активность влияет на секрецию эндокринной системы желудочно-кишечного тракта через блуждающий нерв и, таким образом, может увеличивать высвобождение инсулина, стимулировать перистальтику желудочно-кишечного тракта и функциональное созревание.Мать также получает от этого пользу, активируя эндокринную систему кишечника и улучшая потребление энергии.

Если сравнивать поминутно, исследования показывают, что самое захватывающее занятие — это игры с младенцем. Однако между матерями и младенцами существуют индивидуальные различия, которые влияют на количество стимуляции, возникающей при каждом занятии. Таким образом, при планировании лечебной программы следует проводить индивидуальное консультирование, чтобы обеспечить оптимальную стимуляцию каждого ребенка дома.

Порядок сенсорного созревания

Еще одно открытие состоит в том, что все сенсорные системы созревают не одновременно, а в определенном порядке, который не меняется.

Это тактильное> вестибулярное> химическое> слуховое> визуальное. Таким образом, во время рождения у ребенка пять органов чувств работают на самых разных уровнях.

К моменту родов плод уже приобрел значительный опыт тактильных ощущений и ощущений вестибулярной системы, в том числе ощущения, когда мать ходит, смеется, разговаривает, делает упражнения, купается и так далее.

Эти разные ощущения часто сопровождаются слуховыми сигналами и физиологическими различиями, такими как учащенное сердцебиение, сокращения матки и ощущение поглаживания при вытирании полотенцем.

Однако слуховая система развивается намного позже, и поэтому знание того, как ребенок воспринимает различные сенсорные модальности, во многом зависит от того, как планируется деятельность.

Советы по сенсорной стимуляции у младенцев

Вот несколько способов стимулировать стимуляцию нескольких органов чувств у младенцев:

  • Представляем различные текстурированные объекты
  • Игра в воде при соответствующей температуре
  • Держа ребенка на уровне лица или лежа так, чтобы ребенок мог видеть лицо воспитателя
  • Проводить время вне дома в тишине, слушая
  • Отсасывание чистых предметов
  • Воспроизведение музыки, подходящей для ребенка
  • Наблюдение за движущимися объектами, такими как лопасти вентилятора, листья, ветки или тени на стене
  • Подпрыгивающие мячи, где ребенок может видеть, как они подпрыгивают и возвращаются обратно
  • Погремушки и другие красочные и подвижные игрушки или предметы (должны быть легкими и без острых краев)
  • Продукты разного вкуса и текстуры
  • Раскрашивание, рисование, штамповка и другие виды искусства для детей ясельного возраста
  • Обоняние различных безопасных веществ, таких как продукты питания, цветы (при отсутствии аллергии на пыльцу), трава
  • Просмотр различных прозрачных цветных предметов

Младенец должен находиться под присмотром, все предметы должны быть чистыми и не должны задушить ребенка.

Отзыв от Gillian D’Souza, MSc

Дополнительная литература

Симптомы расстройства обработки сенсорной информации у детей

Симптомы расстройства обработки сенсорной информации у детей

Расстройство обработки сенсорной информации (SPD) — это неврологическое заболевание, которое препятствует способности мозга обрабатывать информацию, полученную от органов чувств, и действовать в соответствии с ней. Ребенку с расстройством сенсорной обработки трудно обрабатывать информацию, полученную через его органы чувств через звуки, зрение, движение, осязание, запах и вкус, и действовать в соответствии с ней.Это может вызвать проблемы с крупной моторикой, делая походку неуклюжей или часто спотыкаясь. Это также может ухудшить мелкую моторику, например, раскрашивание, резку и почерк. Часто это вызывает тактильную гиперчувствительность к запаху, вкусу и текстуре.

Причины СПД неясны. Хотя заболевание может быть генетическим, несколько внешних факторов также могут подвергнуть ребенка риску, например, материнская депривация, преждевременные роды, дородовое недоедание и уход в учреждениях на раннем этапе.

Признаки СПЛ у высокочувствительного ребенка могут включать следующее:

  • Ощущение, что на внешний мир нависает тень
  • Зрелище, звуки и прикосновения приглушены
  • Частые ощущения сенсорной перегрузки

Общие триггеры сенсорных срывов включают:

  • Расчесывание волос
  • Плотная одежда или грубая ткань
  • Громкие шумы, такие как фейерверк или гром
  • Яркий свет, например вспышка фотокамеры, солнечный свет или вспышки
  • Сильный запах, включая парфюмерию или ароматизированное моющее средство
  • Купание в озерах
  • Липкие пальцы
  • Бирки на одежду
  • Прикосновения или объятия
  • Ношение обуви
  • Пирог или горькая еда

[Пройдите этот тест: признаки расстройства сенсорной обработки у детей]

Симптомы расстройства обработки сенсорной информации в домашних условиях

Симптомы SPD могут проявляться по-разному.Чтобы определить, есть ли у вашего гиперчувствительного ребенка признаки ШРЛ, поищите дома следующие признаки:

  • Ваша маленькая обезьянка наиболее спокойна, когда она свешивается вверх ногами — независимо от того, висит ли она на краю ее кровати или из спортзала в джунглях на заднем дворе.
  • Он любит помогать тебе делать печенье, за исключением тех случаев, когда пора выкладывать липкое тесто на противни.
  • После множества жалоб вы перешли на стиральный порошок и кондиционер без запаха.
  • Вы покупаете только рубашки без бирки и бесшовные носки.
  • Ваш ребенок предпочел бы знойное, чем бродить по пруду. Слишком сильное ощущение грязи между пальцами ног.
  • Detangler — продукт, без которого невозможно жить. И даже при этом ваш ребенок не позволит вам расчесывать волосы больше минуты.
  • Перед сном ваш ребенок сопротивляется ночным объятиям.
  • Ваша семья отказалась от салюта 4 июля. Громкий грохот всегда приводит к обвалу.

Симптомы расстройства обработки сенсорной информации в школе

Дети с СРЛ могут испытывать трудности в школе, потому что им преподают информацию, которую их сенсорные системы обработки не могут усвоить.Однако SPD не связан с IQ. Дети с этим заболеванием не более или менее умны, чем их сверстники. Следующие признаки могут указывать на то, что SPD влияет на обучение:

  • Учитель жалуется, что у вашего ребенка неразборчивый почерк или он долго переписывает инструкции.
  • В классе рисования вашему ребенку сложно выполнять задания, связанные с вырезанием или раскрашиванием.
  • Ваш ребенок отказывается покупать обед. Мысль о яблочном соусе на десерт вызывает у нее отвращение.
  • На перемене ваш ребенок предпочитает кататься на качелях или карусели. Он не может играть в мяч, чтобы спасти свою жизнь.
  • Ваш ребенок покрыт пластырем.
  • Ваш ребенок отказывается переодеваться в физкультуру. Когда вы спросили его, почему, он сказал, что в раздевалке слишком пахнет.



Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *